«Никогда не открывай шкатулку».

— Ваше высочество, герольд вернулся.

Я отдернул руку с каким-то странным чувством вины за свой поступок. Мой герольд стоял у дверей между двумя придворными рыцарями. Он выглядел соответственно своей роли — высокий и красивый, в бархатной ливрее, шитой золотом.

— И как же принц Стрелы ответил на мой вызов? — спросил я.

Герольд выдержал паузу — уловка, заставляющая навострить уши, хотя мы и так были все внимание.

— Принц встретится с тобой на поле боя, чтобы решить исход битвы, — сообщил герольд.

Я видел, как Макин покачал головой.

— Отлично. Дело сделано, — сказал я. — Он назвал место дуэли, или принял мое предложение встретиться на плоском хребте Ранъярда?

— Принц сказал, что этот хребет обязан своей плоскостью скорее троллям, нежели природе, поэтому он выбрал ровное место неподалеку от скалы Ригден, посередине между замком и его передовой линией. С его стороны выйдут пять наблюдателей, которые будут следить за поединком на расстоянии двадцати ярдов; он надеется, что ты поступишь таким же образом.

— Скажи принцу, что я принимаю его условия и буду на месте через час, — сказал я.

Герольд поклонился и ушел донести весть по назначению.

— Макин, я хочу, чтобы ты был в моей пятерке. Но прежде найди Ольвина Грина, а если он мертв, то любого, кто хорошо лечит раны от стрел. Пусть он возьмет с собой шестерых крепких солдат и отправляется к тому месту, где мы оставили Коддина. Если Коддин жив, пусть окажет ему первую помощь и доставит в замок.

Макин кивнул и вышел из тронного зала, не сказав ни слова, лишь, проходя мимо Кента, положил руку ему на плечо.

— Я хочу, чтобы в мою пятерку вошли лорд Роберт, Райк, капитан Кеппен и отец Гомст.

Дядя Роберт склонил голову в знак согласия, затем взошел на помост и заговорил мне практически в самое ухо:

— А священник зачем? Лучше еще один хороший меч на случай измены.

— Принц Стрелы приведет с собой пятерку, отлично владеющую мечом. А я приведу тройку с мечами, одного лучника на тот случай, если принц будет искать спасение в бегстве, и священника, который сможет рассказать, что произошло на самом деле.

Я позволил облачить себя в боевые доспехи из серебристой стали, искусно сделанные и без каких-либо украшений, без крестов и эмблем. Украшения хороши в мирные времена, когда люди играют в игры, но не понимают этого.

Война Ста, следует знать, — игра. И чтобы стать в ней победителем, нужно правильно сыграть свою роль. Секрет в том, что это только игра, и единственные правила в ней — твои собственные правила. Я открыл шкатулку, и теперь все планы были у меня в голове. И теперь вся хитрость заключалась в том, чтобы не концентрироваться на них, не позволить Сейджесу считать их. Ускользнут планы, и игра проиграна.

Пока пажи потели, затягивая ремни и скрепляя застежки, я поднес к глазам кольцо Зодчих. На мгновение я увидел в нем Миану, и мелькнула мысль: а смогла бы она надеть это кольцо на свое тонкое запястье, как браслет? В следующее мгновение появилась картинка. Весь мир передо мной, как драгоценный камень голубого и белого цветов. Полотно, на котором даже все королевства империи будут казаться маленькими. Я слегка повернул кольцо, и картинка изменилась, быстрее, чем летит стрела. Или даже пуля. О да, мне это известно.

Новая картинка колебалась в ритме ударов сердца: один, второй, третий удар, и изображение сделалось четким. В телескоп Зодчих было видно Логово, но удаленным на мили, так что детали не разглядеть. Армия принца темным пятном расплывалась по горным склонам.