|
Если он даст себя арестовать – отлично! Но так как он не даст себя арестовать, так как он окажет сопротивление, так как он попытается вас убить… Морвель снова побледнел. — ..вы будете защищаться, – продолжала Екатерина. – Нельзя же требовать от такого храброго человека, как вы, чтобы он дал себя убить, не пытаясь защищаться, а при защите ничего не поделаешь! Мало ли что может случиться! Вы меня поняли? — Да, государыня, а все-таки… — Хорошо, вы хотите, чтобы после слова «арестовать» я приписала своей рукой «живого или мертвого»? — Признаюсь, это разрешило бы все мои сомнения. — если вы думаете, что без этого исполнить поручение нельзя, придется приписать. Пожав плечами, Екатерина развернула приказ и приписала: «живого или мертвого». — Возьмите, – сказала она. – Теперь вы удовлетворены? — Да, государыня, – отвечал Морвель. – Но я прошу вас, ваше величество, предоставить исполнение приказа в полное мое распоряжение. — А чем может повредить то, что предложила я? — Ваше величество, вы предлагаете мне взять двенадцать человек? — Да, для пущей надежности… — А я прошу позволения взять только шестерых. — Почему? — Потому что если с королем Наваррским случится несчастье, – а это весьма вероятно, – то шестерым легко простят, так как шестеро боялись упустить арестованного, но никто не простит двенадцати, что они подняли руку на королевское величество раньше, чем потеряли половину своих товарищей. — Хорошо королевское величество без королевства, нечего сказать! — Королевский титул дается не королевством, а происхождением, – возразил Морвель. — Ну хорошо! Делайте, как знаете, – сказала Екатерина. – Только должна вас предупредить, чтобы вы никуда не выходили из Лувра. — Но как же я соберу моих людей? — У вас, разумеется, есть какой-нибудь сержант; вы можете поручить это ему. — У меня есть слуга; он парень не только верный, но уже помогавший мне в такого рода делах. — Пошлите за ним и уговоритесь. Ведь вы знаете Оружейную палату короля? Там вам дадут позавтракать; там же вы отдадите приказания. Само это место укрепит вашу решимость, если она поколебалась. А потом, когда вернется с охоты мой сын, вы перейдете в мою молельню и там будете ждать, когда наступит время действовать. — А как мне проникнуть в его комнату? Король Наваррский, наверно, что-то подозревает – тогда он запрется изнутри. — У меня есть запасные ключи от всех дверей, – сказала Екатерина, – а все задвижки в комнате Генриха сняты. Прощайте, господин де Морвель, до скорого свидания! Я прикажу проводить вас в Оружейную палату короля. Да, кстати! Не забудьте, что повеление короля должно быть выполнено во что бы то ни стало и никакие оправдания приняты не будут. Провал, даже неудача нанесут ущерб чести короля – это тяжкий проступок… Не давая Морвелю времени ответить, Екатерина позвала командира своей охраны де Нансе и приказала отвести Морвеля в Оружейную палату короля. «Черт возьми! – говорил себе Морвель, следуя за своим проводником. – В делах убийств я иду вверх по иерархической лестнице: от простого дворянина до командующего армией, от него до адмирала, от адмирала до короля без короны. Кто знает, не доберусь ли я когда-нибудь и до коронованного?». Глава 2. |
