|
Маргарита, закрыв за собой дверь в кабинет, вошла в свою комнату и отперла дверь потайного хода, ведущего к королю и к королеве-матери. — Госпожа де Сов! Это вы? – воскликнула она, отшатываясь от баронессы не с испугом, а с ненавистью, как бы подтверждая бесспорную истину, что женщина никогда не прощает другую женщину, отнявшую у нее хотя бы и нелюбимого мужчину. — Да, это я, ваше величество! – произнесла г-жа де Сов, умоляюще складывая руки. — Вы здесь, сударыня? – повышая голос, продолжала донельзя удивленная Маргарита. Шарлотта упала на колени. — Простите, ваше величество, – заговорила она, – я понимаю, как я перед вами виновата. Но если бы вы знали все!.. Не вся вина лежит на мне, был и особый приказ королевы-матери!.. — Встаньте, – сказала Маргарита. – Я полагаю, вы явились сюда не для того, чтобы оправдываться передо мной! Встаньте и говорите, зачем вы пришли. — Я пришла… – с полубезумным видом говорила Шарлотта, продолжая стоять на коленях, – я пришла, чтобы узнать, не здесь ли он?.. — Кто – здесь? О ком вы говорите, сударыня?.. Ничего не понимаю! — Я говорю о короле. — О короле? Вы бегаете за ним даже ко мне? Вы же отлично знаете, что здесь он не бывает! — Ax! – продолжала баронесса де Сов, не отвечая на эти выпады и, видимо, даже не понимая их. – Дай Бог, чтобы он был здесь! — Почему? — Ах, Боже мой! Да потому, сударыня, что гугенотов избивают, а король Наваррский – вождь гугенотов. — Я забыла об этом! – воскликнула Маргарита, хватая за руку г-жу де Сов и вынуждая ее встать. – Я не подумала, что королю грозит такая же опасность, как другим! — Большая, в тысячу раз большая! – воскликнула Шарлотта. — В самом деле, герцогиня Лотарингская предупреждала меня. Я говорила ему, чтобы он не выходил на улицу. Разве он вышел? — Нет, нет, он в Лувре. Но его нигде нет! Если он не здесь… — Нет, здесь его нет… — Ой! – в порыве отчаяния воскликнула г-жа де Сов. – Тогда ему конец! Королева-мать поклялась погубить его. — Погубить! Вы меня пугаете!.. Нет, не может быть! – сказала Маргарита. — Ваше величество, – продолжала г-жа де Сов с силой, какую Дает только любовь. – я повторяю: никто не знает, где король Наваррский! — А где королева-мать? — Королева-мать послала меня за герцогом де Гизом и господином Таванном, которые были у нее в молельне, а потом отпустила. Я поднялась к себе и, простите, стала ждать, как всегда… — Моего мужа, не так ли? – спросила Маргарита. — Он не пришел. Тогда я стала искать его повсюду, расспрашивать всех. Какой-то солдат сказал мне, будто он видел, как король шел в сопровождении конвоя с обнаженными шпагами, и это было до избиения гугенотов, а избиение началось час тому назад. — Благодарю вас, сударыня, – сказала Маргарита. – И хотя чувство, побудившее вас действовать, для меня еще одна обида, я все же вас благодарю. — В таком случае простите, – сказала г-жа де Сов, – ваше прощение даст мне силы вернуться к себе: ведь я не посмею идти за вами даже на расстоянии. Маргарита протянула ей руку. — Идите к себе, а я пойду к королеве-матери, – сказала она. – Король Наваррский под моей защитой – я обещала ему быть его союзницей и слово сдержу. |
