Форнелла хмуро посмотрела на дрожащую от нетерпения Джервию.

— Почему она здесь?

— Не знаю, — садясь на кровать и натягивая туфли, ответил я. — Но нам предоставили открытую дверь, и я намерен воспользоваться ею.

Когда я подошел к двери, Джервия закрыла мне рукой рот, предотвращая неизбежные расспросы, и поманила за собой. Я глянул на Форнеллу. Та оделась и приготовилась идти за мной, но, похоже, не избавилась от подозрений.

— Я не уверена, что смогу бежать, — прошептала она, когда подошла ко мне и взяла меня за руку.

Я повел ее по коридору, мимо других камер. Все они пустовали. Джервия ожидала нас у выхода из темницы. Я застыл при виде Раулена, открывшего для нас двери и отстранившегося.

— Все в порядке, он не видит нас, — прошептала Джервия.

Тюремщик пристально смотрел куда-то за каменную стену и блаженно улыбался, словно узрел издавна желаемое, дорогое сердцу. Он действительно не видел нас.

— Это вы сделали? — подойдя к Джервии, пробормотал я.

— Его дочь умерла в Марбеллисе. Я показала ее тюремщику, — нервно улыбнувшись, ответила Джервия.

Она — Одаренная. А бедный Раулен явил собой пример верности долгу. Несколько лет Убийца Светоча был в его власти, но тюремщик не искал мести.

— Долго он так не простоит. — Джервия потянула меня за рукав.

Она провела нас через скромное жилище Раулена. Мы вышли в северное крыло дворца, чуть более богато украшенное. Здесь располагались кладовые и жилые помещения, где спала армия дворцовых слуг. По пути мы встретили лишь двоих стражников, столь же блаженно одурманенных, как и Раулен. Джервия вытерла лицо рукавом. На ткани осталось темное пятно крови. Сколько же сил ей пришлось потратить ради нашего бегства?

Мы прокрались через двор. Пара стражников у северных ворот не заметила нашего присутствия.

— Нужно торопиться, иллюзии скоро развеются, — прошептала Джервия и заспешила к лугу за дорогой.

— Лучше по дороге, — сказал я, но Джервия покачала головой:

— Она слишком хорошо охраняется. На скале провешена веревка, под скалой на реке ожидает лодка.

— Я не могу, — выдохнула утомленная, запыхавшаяся Форнелла.

— Здесь недалеко!

— Оставьте меня, — простонала она, согнулась, упала на колени.

Она задыхалась.

— Милорд! — взмолилась Джервия.

Я нагнулся, обнял Форнеллу за плечи, посмотрел в глаза. Они были ясны, и в них совершенно не виделось усталости.

— Это он! — выдохнула Форнелла. — Это Посланник! Я узнаю его смрад.

Я выпрямился, посмотрел на Джервию — и увидел лишь перепуганную девушку, потрясенную своим дерзанием.

— Минутку, пожалуйста, — сказал я. — Она стареет с каждым днем.

Джервия неохотно кивнула, осмотрелась — нет ли погони?

— Скажите мне, какими угрозами императрица заставила вас лжесвидетельствовать? — спросил я.

— Отца арестовали и обвинили в измене, — в ужасе проговорила девушка. — Это случилось, когда начали доходить новости о делах в Объединенном Королевстве.

— Она знала, что я обязательно вернусь, и приготовила подходящую ловушку.

— Наверное, так, — согласилась Джервия.

— А что за нелепая история о мече?

— Ее придумал лорд Вельсус по настоянию императрицы. Милорд, у меня не было выбора.