Изменить размер шрифта - +

Дринкуотер перевел дух. Обернувшись, он увидел, как фрегат отворачивает к зюйду, загоняя добычу, а штирборт его окутан расплывающимся облаком бортового залпа. На корме корабля сияли буквы: «Sirène». Прежде, чем фрегат ляжет на левый галс, им стоит ждать еще одного залпа.

Натаниэль повернулся к Тригембо.

— Спасибо за помощь, — выдавил он, расстроенный утратой трубы. Потом стал вглядываться вперед, не обращая внимания за закрытый от него верхушкой грота корвет и не беспокоясь об очередном залпе с «Сирены».

Вода вокруг них вся стала белой, по носу стремительно открывались серо-зеленые островки Баннек и Баланек. Прилив наступал на скалы, море вокруг рифов кипела пена. А прохода впереди не было видно.

Идя круто к ветру, «Кестрел» набрал большой ход, ускоряясь благодаря силе нарастающего прилива. Внезапно впереди Натаниэль разглядел черное пятно: скала Ар-Вео лежала прямо у них на пути. Взяв себя в руки, он стрельнул глазом вдоль штага: если скала находится слева от штага, они оставят ее по бакборту; если справа — то по штирборту, но затем их ждет опасное место. Если линии совпадают, их ждет столкновение.

Темная громада Мен-ар-Рест проплыла по траверзу и осталась за кормой.

Ар-Вео оставалась прямо по курсу, а по обоим сторонам приближались островки, окруженные рифами — бег куттера создавал иллюзию, что скалы движутся сами.

Согнувшись, Дринкуотер окликнул палубу:

— У нас не получается обойти Ар-Вео с наветра, сэр!

Он выждал, пока Гриффитс заглянет в книгу. Им необходимо обогнуть этот гранитный утес с востока, в противном случае их понесет к Иль-де-Баланек, что означает неминуемую гибель.

Расстояние сокращалось, а курс оставался неизменным. Им необходимо лечь на другой галс. Ухватившись за бакштаг, Дринкуотер соскользнул на палубу. Не обращая внимания на жжение в ладонях, он поспешил к Гриффитсу.

— Мы идем на скалу. Надо лечь на другой галс, сэр, немедленно… Другого пути нет.

Гриффитс ничего не ответил, только вскинул голову и закричал:

— К повороту стоять! Пошевеливайтесь!

Матросы, чувствуя напряжение офицеров, повиновались молниеносно.

— Миндъяул, — проворчал капитан, — надеюсь, вы знаете, что делаете, мистер Дринкуотер. Отправляйтесь наверх, и как увидите, что хватит, махните правой рукой.

Голос Гриффитса дрожал от сдерживаемого напряжения; все следы недавнего малодушия исчезли, им на смену пришла вера в Дринкуотера. Глаза офицеров встретились, и каждый прочитал во взгляде другого озабоченность положением в котором они оказались, надежду и страх.

Ко времени, когда Дринкуотер достиг салинга, снасти наветренного борта дали слабину. «Кестрел» стремительно менял курс, и его бушприт указывал на зюйд-ост, в то время как течение все еще продолжало увлекать его к норд-осту. Когда инстинкт подсказал Дринкуотеру, что время настало, он почти механически махнул правой рукой. В ту же секунду руль был переложен на ветер, и мачта задрожала под Натаниэлем, когда нос судна миновал линию ветра.

Едва успел куттер выровняться на новом курсе, как за бортом пронеслась ревущая, пенящаяся громада Ар-Вео. Прилив трепал бороду из водорослей на камнях, а с десяток бакланов, гревшихся на солнышке, взмыли в воздух. Подстерегавшие моряков с обоих бортов опасности были четко видны: справа лежал Каррек-де-Морлеан, а слева из воды выглядывали рифы островка Иль-де-Баннек. «Кестрел», устремив вперед бушприт, дерзко мчался к проходу между ними. Когда скалы оказались на траверзах, Дринкуотер спустился на палубу, чтобы проложить дальнейший курс на их импровизированной карте. Гриффитс заглядывал ему через плечо. Они почти прорвались, и оставалась последняя ловушка у скал Гурган, открывшихся по штирборту. Обстрел прекратился, вражеские корабли отстали, и в глазах моряков начало проступать облегчение.

Быстрый переход