- В письме еще сказано о родимом пятне. У вас ведь есть родимое пятно малинового цвета на левом бедре?

- Есть. - Виктория залилась румянцем смущения оттого, что Лэнс так хорошо знаком с ее телом.

Следующий вопрос он постарался задать самым безразличным тоном:

- Сколько человек знает о нем?

- Мама, конечно, знала, но ее уже нет в живых.

Остаются оте... - она запнулась и поправила себя:

- Малколм. Моя сестра. Доктор и его медсестра. - Виктория замолчала, усиленно пытаясь вспомнить еще кого-нибудь. - Пожалуй, все.

- Вы не имели друга, который мог бы его увидеть? - настаивал Лэнс. Этот вопрос оказался самым трудным, поскольку ему почему-то не нравилась мысль, что Виктория могла встречаться с другим мужчиной. Он стал смешон самому себе.

К сожалению, она никогда не будет его женщиной. Он и думать не может о таком несбыточном желании.

Теперь на лице Виктории был написан явный вызов.

- Можете считать меня старомодной, но никакого друга у меня нет и не было. Я берегу себя для мужа.

На самом деле ей просто не встретился такой мужчина, которому она захотела бы подарить свою невинность.

Ей вспомнились потоки тепла, возникавшие в ней от прикосновений невозмутимого капитана Грэйсона. "Наверное, после наркотика я стала слишком чувствительной", - решила она. В смущении она отвела взгляд в сторону, чтобы не видеть его глаз. Она всегда мечтала о муже, который тепло и нежно относился бы к ней, отличался бы мягкостью в обращении и любил бы ее. Хмурый капитан Грэйсон ни чуточки не был похож на мужчину ее мечты.

Лэнс ощутил особое приятное чувство, услышав ее ответ. Снова ему пришлось делать над собой усилие и напоминать себе, что личная жизнь Виктории его не касается, а ее ответ радует его только потому, что отсутствие любовников значительно сужает круг подозреваемых.

- Вы когда-нибудь лежали в больнице?

- Нет. - Виктория выглядела крайне утомленной. Она села на кушетку. Я все еще не могу поверить в то, что вы сказали.

Понимая, что надо дать ей время все обдумать"

Лэнс решил сменить тему.

- Полагаю, кофе остыл. Пойду принесу вам свежего.

Виктория слабо кивнула. Когда капитан вернулся, она взяла кружку, пробормотала слова благодарности и постаралась не думать ни о чем, кроме того как замечательно пахнет свежий горячий кофе.

Лэнс сидел рядом на стуле и с тревогой наблюдал за ней. В комнате повисла напряженная тишина. Виктория только что пережила огромное эмоциональное потрясение, и, возможно, далеко не последнее, если он окажется прав в своих подозрениях. Жизненный опыт говорил ему, что под ударами судьбы люди либо крепнут, либо ломаются. Он считал, что так уж устроен мир, и безропотно принимал удары судьбы. Но всем своим существом он желал бы иметь возможность хотя бы смягчить боль, которую жизнь может еще причинить такой прекрасной женщине.

Выпив кофе, Виктория свернулась калачиком на кушетке и уснула.

Накрывая ее одеялом, Лэнс не смог удержаться и пальцами убрал волосы с ее нежного и соблазнительного лица.

"Руки прочь!" - приказал он себе и вышел из комнаты.

Глава 3

Виктория просыпалась медленно. Некоторое время она не могла понять, где находится. Но страшно ей не было. Она чувствовала себя в безопасности.

Сначала она заметила огонь, горящий в камине, затем повернула голову и увидела чьи-то длинные вытянутые мужские ноги. Волны радости захлестнули ее. Рядом с ней сидел он, капитан Лэнс Грэйсон, глава отдела расследований службы безопасности Тортонбурга. "Мой герой".

Конечно, он настоящий герой.., высокий, необыкновенно красивый, сильный, надежный. Совсем непохожий на того милого и нежного сказочного принца, которого она не раз представляла в своих мечтах. Крепкий, как гранитная скала, и холодный, как глыба льда. Но все равно она чувствовала, как приятные волны тепла расходятся по всему телу, оттого что он находился рядом с ней, когда она проснулась.