— Кто здесь? — прошептала она.

Кубки и античные камеи под стеклом, мощеный коридор, уходящий во тьму.

Подняв голову, она увидела глаза.

Они были вырезаны из камня и смотрели на нее с хмурого бородатого лица, окруженного венцом из языков пламени. Или шевелящихся змей? В темноте было трудно разглядеть. Внезапно — словно Джош включил свет — картинка обрела резкость, и теперь Сулис отчетливо видела лицо на разрушенном фронтоне. Сзади смутно виднелись два огромных крыла.

В голове зашевелились обрывочные воспоминания. Сулис поежилась и обхватила себя руками. Хотелось кричать. Вместо этого она еле слышно прошелестела — слабый шепот прозвучал жалко в тишине каменного подвала:

— Я знаю, это ты. Ты сказал Кейтлин, что она может летать. Зачем ты это сделал? Она была моей подругой, а ты убил ее.

Свет.

Музыка.

— Добро пожаловать в музей римских терм! Отсюда начинается наше интерактивное путешествие…

— Сулис!

Джош выступил из-за угла и с недоумением уставился на нее.

Резкий толчок — и настоящее вернулось. Сулис перевела дыхание.

— Я уронила часы. Кажется, целы. — Она сделала вид, будто застегивает ремешок, пальцы уже не тряслись.

Джош недоверчиво смотрел на нее, затем сказал:

— В темноте это место кого хочешь испугает.

— Неужели?

Возможно, ответ прозвучал слишком холодно, и ей показалось, что Джош обиделся.

— Пошли, — буркнул он. — Открываемся через десять минут.

Джош показал Сулис остальные залы, но ее внимание привлекла лишь массивная арка водостока, за которой ревела и бурлила вода. Сулис дотронулась до решетки, прижалась лбом к горячим прутьям.

— Смотри, там монетки!

— Туристы загадывают желания, — усмехнулся Джош. — В конце сезона мы выгребаем добычу и делим между собой. Там хватает и мусора: иностранных монет, пуговиц. Похоже, они не слишком почитают богиню источника.

Влажный жар коснулся кожи и губ. Словно в сауне.

— Рут сказала, что ты студентка, — сказал Джош на обратном пути.

— Занятия начнутся в октябре, — осторожно ответила Сулис, внутренне сжавшись.

— Здесь?

— Да.

— Многие отсюда уезжают.

— Но мы только что приехали.

— С севера? Я понял по акценту.

— Такой явный? — натянуто улыбнулась она.

— Ну да, по сравнению с местным выговором.

Решив быть вежливой, Сулис спросила:

— А ты учишься?

Джош не ответил.

— Нет, — сказал он после паузы, — ищу работу.

Сулис безошибочно распознала в его тоне предостережение: этот разговор мне неприятен, не расспрашивай меня. Она отлично понимала Джоша.

— Удачи, — буркнул он, направляясь к двери, а Сулис встала за прилавком сувенирного киоска.

Работа оказалась несложной. К обеденному перерыву она усвоила, где что лежит: канцелярские принадлежности, полотенца, дорогущие копии римских статуй, бижутерия. Рут велела ей изучить ассортимент и цены, пообещав вскоре показать, как обращаться с кассовым аппаратом. А пока Сулис велели поддерживать порядок на витрине и приглядывать за школьниками, которые расхватывали карандаши, ластики и фигурки римских легионеров, словно горячие пирожки.

В обед Сулис захотелось выйти подышать. Развернув бутерброд, она уселась на скамье перед музеем. Здесь было полно туристов, любующихся величественными зданиями. Саймон называл Площадь королевы первым из великих творений Джонатана Форреста.