Ждали Инэя. Полгода назад Северина не выдержала бы и отправилась в Осенний Дворец без сына. Но теперь терпела его очередную выходку. Но паучиха не была бы паучихой, если б не нашла, на ком отыграться. Мальчиком для битья стал Дронан Лили. Устав от ожидания, он принялся теребить пряжку на шее, пока плащ не съехал с острых плеч, распластавшись на белоснежном полу неуместным лиловым пятном. Для раздраженной Королевы это послужило сигналом к действию. Брызжа слюной от ярости, она двинулась на парня уродливой скалой. Скрючила старушечьи костлявые пальцы, того гляди шею свернет.

— Простите, Ваше Величество, — пятясь, заверещал Дронан. Не забыл, как Северина грозилась упрятать его родных в подземелье за новую провинность.

— Бездарный мальчишка! — выплюнула Королева и отвесила юному подданному звонкий подзатыльник, растрепавший светлые вихры. — Идиот!

— Я сожалею о своем проступке! — принялся уверять Лили, прижимая руки к вздымающейся от частого дыхания груди. — Клянусь, подобное не повторится!

Мари смотрела на парня со смешанным чувством жалости и отвращения. Стихийница отлично знала подлую паучью натуру Ее Величества, но все равно испытывала острейший стыд за поведение бывшего сокурсника. Она тоже боялась Королевы и исполняла рабские повинности, однако никогда не лебезила столь явно. Невыносимо хотелось отвернуться, но Мари заставила себя досмотреть представление с валяющимся в ногах у Северины Дронаном до конца. Вернее, до момента, когда перед подданными соизволил появиться Повелитель Зимы.

— Решил протереть собою пол, Лили? — насмешливый вопрос Короля застал присутствующих врасплох. Войдя в зал, Инэй не стал приковывать к себе внимание. Выждал несколько секунд, оценивая ситуацию. — Упражняешься в экзекуциях, матушка? — повернулся он к потупившей взгляд Северине. — Понимаю, отсутствие практики увеличивает азарт, и все же советую поумерить пыл. Посмотри, как раскраснелась. Вдруг сердце прихватит. Придется и нашему Дворцу рассылать приглашения на погребальную церемонию.

Бледно-розовый румянец, играющий на щеках Королевы, превратился в красноту, уродливо расползшуюся рваными пятнами. Подкрашенные губы сжались в жесткую линию. Одному небу известно, сколько сил потребовалось Северине, чтобы смолчать и не послать в обидчика лавину снега. Паучиха посмотрела на Инэя лишь, когда он отвернулся, чтобы отчитать Дронана. В голубых глазах мелькнула такая глубокая ненависть, что голову Мари пронзила жуткая мысль. Королева не просто недолюбливала старшего сына. Она его ненавидела. И если б могла — убила бы.

— Напомни-ка мне, Лили, — поинтересовался Король у Дронана, с лица которого схлынули все краски, — какой мой приказ был развешан по всему Дворцу пять месяцев назад? Я подскажу, юноша, — со вздохом добавил Его Величество, ибо подданный отчаянно открывал рот, но от страха не мог произнести и звука. — Я запретил детям Зимы выполнять приказы моей матери. Под страхом изгнания из Замка. Ответь мне, Лили, ты готов переехать на срединную территорию?

— Ваше Величество, — выдохнул Дронан, чуть не плача. — Прошу. Не надо.

Инэй хотел добавить что-то еще, но поймал взгляд Мари, страстно желающей прожечь на белом лбу дыру. Чтобы замолчал и перестал издеваться над невинным подданным. Ведь не на Дронана злится. Взгляды встретились лишь на миг, но Мари хватило и этого, чтобы почувствовать ледяной огонь двух синих айсбергов. Король отвернулся первым. Неизвестно, что именно он прочел в глазах пышущей от гнева девушки, однако потерял интерес к проштрафившемуся парню и снова переключился на мать.

— Еще раз увижу подобную самодеятельность, из охраняемых покоев переедешь в подземелье.