– Ты все время молчишь, – прошептал он чуть ли не с разочарованием.

Если Ник хочет для большего возбуждения интеллектуальных бесед, то не дождется, решила Пенни и томно произнесла:

– Я… я не в состоянии думать, когда ты так близко, Ник… Я могу только чувствовать.

А чувствовала Пенни лихорадочное, отчаянное нетерпение, каждой клеточкой стремилась к нему, все тело было напряжено и болело.

– Мужчина не должен спешить, занимаясь любовью со своей женой, – улыбнулся Ник.

Сочетание этой улыбки и насмешливого упоминания о ней как о своей жене потрясло Пенни. Он притянул ее к себе, как человек, у которого в запасе целая вечность и которому доставляет удовольствие заставлять ждать. Ее пальцы впились в плечи Ника, и он рассмеялся. Пенни никогда не слышала от него такого смеха. Затем он снова приник к ней губами.

Ник ласкал каждый дюйм ее тела, и Пенни обнаружила, что эрогенные зоны расположены у нее повсюду. Он проводил чувственным ртом по всей длине шеи, и ей казалось, что шею охватывают языки пламени. Он ласкал языком тонкие пальцы, и Пенни казалось, что кости ее плавятся. Он безумно медленно гладил ладонями ее бедра, и она изгибалась. И наконец, когда стиснул ее ягодицы, она обхватила его ногами и простонала:

– Если ты не сделаешь этого…

Ничто не могло отвлечь ее – ни гром, ни молния, ни целый симфонический оркестр. Пенни издавала звуки, которые ни за что не признала бы своими, она извивалась и корчилась, до тех пор пока он не навис над ней.

Тоже дрожа, с блестящей от пота золотистой кожей, Ник обхватил ее нетерпеливыми, напряженными руками и вошел в нее. Пенни громко вскрикнула от нестерпимого удовольствия. А он длил и длил это удовольствие медленными, уверенными движениями до тех пор, пока оно не стало таких размеров, что Пенни уже не вмещала его. И вдруг все куда-то исчезло, а когда она очнулась, то поняла, что лежит, содрогаясь, задыхаясь и навзрыд произнося в экстазе его имя.

– Я думаю, мой ангел… – простонал Ник в ее волосы. – Я думаю, мне будет очень легко привыкнуть к тому, что наш брак настоящий.

Она шевельнулась под ним, переполняемая чудесным ощущением покоя и удовлетворения. Подняв голову, Ник заглянул в ее отрешенное лицо и мягко рассмеялся. – Ты все еще далеко отсюда.

От всего далеко, счастливо подумала Пенни, когда он провел кончиками пальцев по красным припухшим губам и одарил такой яркой улыбкой, что ее сердце запело.

– Просто улыбайся мне…

– Ну, это я могу тебе обещать.

Ник снова приник к ее губам нежным поцелуем, и весь мир словно замер на эти бесконечные мгновения.

– Трудно поверить, что только сегодня утром я был пьян, зол и на стенку лез от сексуальной неудовлетворенности, – произнес он чуть позже, подняв голову и внимательно глядя на нее. – А посмотри на нас теперь…

Да, посмотри на нас теперь, вдруг подумала Пенни и напряглась, вспомнив их изнурительные споры прошлой ночью. Ник словно бы нажал на какую-то кнопку в ее мозгу, вызывающую панику. Похоже, он считает, что все стало на свои места. Полагает, что получил желаемое и она согласна оставаться его женой. А почему он должен был решить иначе? Разве она снова с удивительной готовностью не оказалась в его постели?

– Видишь ли… – неуверенно начала Пенни, отстранясь от него, что потребовало немалых усилий.