Пока Каору относил вещи в машину, я сделал последний обход опустевшей квартиры. И тут, за отодвинутым шкафчиком, я обнаружил очередной окаменевший кусок чего-то темно-коричневого, твердого как камень, и покрытого пылью и паутиной. Я осторожно поддел это ногой.

— Боже правый — пробормотал я. — Это похоже на бутерброд, сколько же лет он тут живёт? Или же десятилетий?

— Что там у тебя? — в этот самый момент в квартиру вернулся Каору, — ты клад нашёл? — поинтересовался он, осматривая находку из-за моей спины.

— Скорее, экспонат для музея естественной истории моей неаккуратности, — с гримасой отвращения сказал я, пиная окаменелость в сторону мусорного пакета. — Меловой период, эпоха лени и раздолбайства.

— Жаль, не успел сфотографировать, — Каору покачал головой. — Это был бы отличный компромат на нового директора. — Он окинул пустую комнату глазами и добавил. — Знаешь, несмотря на ароматы и артефакты, здесь было свое очарование. Минимум квадратных метров — минимум проблем с уборкой.

Я тоже оглядел голые стены, пятно на обоях, небольшое окошко, испытывая не ностальгию, а, скорее, странное облегчение.

— Проблем с уборкой тут действительно не было. Потому что убирать было нечего, и негде. — и секунду подумав, — и некому.

Ну что, как сказал Юра Гагарин, поехали? — и я захлопнул дверь своей «капсулы» без сожаления. Новое жилье встретило нас солнечным светом, льющимся через большие окна, и легким запахом свежей краски и чистоты. Момо, выпущенная из машины, с триумфально зажатой в зубах уткой, ринулась исследовать территорию.

Паркет в прихожей оказался для Персика неожиданно скользким. Ее первый рывок вперед закончился комичным разъезжанием лап в разные стороны и удивленным «Вуфф⁈». Она осторожно встала, посмотрела на пол с подозрением, потом медленно, как пингвин, переставляя лапы, пошла дальше, забавно пошатываясь.

За неполные пять минут она успела нырнуть под пока еще пустой обеденный стол, обследовать все углы в гостиной, заглянуть на балкон (полностью закрытый, не то, что тот, в элитном небоскребе) и даже попыталась залезть в пустую ванну, но так и не смогла преодолеть высокий борт.

Обнаружив своё одеяльце, аккуратно принесенное мною в первую очередь, Момо с достоинством устроилась на нем посреди гостиной и начала методично «убивать» утку, радостно похрюкивая при каждом писке.

Каору, поставив коробку с книгами в углу будущей гостиной, оглядел пространство. Светлая комната, высокие потолки, вид из окна на зеленый сквер, его взгляд сразу стал профессионально оценивающим.

— Серьезное жилье, Канэко-кун, — произнес он наконец, и в его голосе звучало уже не осуждение, а искреннее удивление. — Однако не каждый логист Vallen, пусть даже и ведущий, может себе такое позволить в одиночку. — Он изучающе посмотрел на меня. — У тебя скрытые таланты к переговорам о зарплате? Или логисты нижних этажей получают больше, чем я думал? — Вопрос висел в воздухе, легкий, но с острым кончиком.

— Наследство, — довольно размыто ответил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Наконец-то оформили все дела после смерти родителей. Долгая была волокита и повезло с моментом, как раз перед переездом. — сказал я, стараясь делать это непринуждённо и про себя добавил: — «И отчасти благодаря долгу клану Мураками».

Каору медленно кивнул, он явно не купился до конца, но и давить дальше не стал.

— Повезло, не то слово, место хорошее. — Он подошел к окну и посмотрел вниз. — И сквер для выгула видно, Момо точно оценит. — Его тон был нейтральным, но я уловил по голосу, что он понял, что тема закрыта, и переключился на практическое — Да у тебя одна кухня как вся твоя прежняя квартира.