Итак, объект исследования — хронограф. Методология — метод научного тыка, предельно рискованный, граничащий с самоубийством.

Цель — выяснить истинную правду об энтропии, времени перезарядки и той цене, которую требует каждый щелчок.

Испытуемый, он же подопытный кролик, он же ваш покорный слуга.

Единственное оборудование — часы в моей руке, образец опытный, вероятнее всего единственный в своём роде, оттого еще более ценный.

Наблюдатель, она же единственный член команды — Момо, скептически дожевывавшая последнего лососевого хрустика.

Взяв агрегат в руки, я черкнул в своём блокноте заголовок «Стресс-Тест» и рядом поставил время: 10:00.

— Поехали! — хрипло произнес я, не сводя глаз с циферблата. Момо, почуяв неладное, насторожилась, а её черные глаза прищурились.

Солнечный луч, пробившийся сквозь листву клена, упал точно на центр стола, у которого я сидел, застывший, словно статуя. Пальцы правой руки сжимали холодный корпус хронографа так сильно, что костяшки побелели. Левой — непроизвольно вцепился в столешницу, возле которой насторожилась Персик, словно почуяв напряжение хозяина. В ушах стоял гул собственной крови. Щелчок.

Воздух не дрогнул, он будто схлопнулся, как воздушный шарик, резко и болезненно сжав барабанные перепонки. В висках не просто застучало, скорее забил кузнечный молот, отдаваясь эхом в каждой кости черепа. На миг мир вывернулся: зелень деревьев в окне стала кислотно-желтой, голубое небо — насыщенно фиолетовым. Итак, контрольная точка зафиксирована, десять минут черновика начали свой отсчет. Момо взвизгнула, а её шерсть на загривке встала дыбом.

В этот момент я не думал, просто действовал на чистом адреналине и научном фанатизме. Правая рука, почти без участия сознания, дернулась — палец нажал на ту же кнопку. Вновь раздался щелчок.

На этот раз не было накрывающей темноты, скорее произошел резкий провал. Небо не просто погасло, его словно сорвали, как тряпку, обнажив черную, беззвёздную пустоту, такую леденящую и мёртвую. Звуки парка в открытом окне (детский смех вдалеке, пение птиц) не утихли, их будто вырвали из реальности с хрустом рвущихся струн. Моё тело не перенеслось, его будто швырнуло на диван с такой силой, что мебель жалобно заскрипела. Воздух не «ухнул» в ушах, это раскаленная игла вонзилась в оба слуховых прохода одновременно.

Стоит зафиксировать свои наблюдения.

Начнём с физиологических параметров. Тошнота, ну, оставим такое определение, хотя это был настоящий кислотный вал, поднявшийся с самого желудка и обжегший горло. Я судорожно сглотнул, боясь неожиданного извержения. Пронесло и это уже хорошо. Итак, по ощущениям 7/10, можно записать. Только сейчас заметил, как сильно дрожат мои руки.

Что отметить следующим пунктом? Пожалуй, головокружение, оно преследовало меня каждый раз при использовании гаджета, значит подобное состояние также присуще моему «скачку». Первые мгновения я держался руками за подлокотник дивана, зрение расплывалось, по краям поля зрения мир был затянут тёмной, пульсирующей пеленой. 5/10, хотя нет, думаю 7/10. Оценки, конечно, сугубо субъективны, но иного варианта я сейчас не видел.

Слабость? О да, тут не имела место просто человеческая усталость, скорее речь шла о саботаже собственных мышц. Руки-ноги — ватные, майка на спине моментально стала мокрой. Ощущение, что меня переехали, я едва держался, чтобы не сползти на пол.

— Колени — 0/10, — мелькнула идиотская мысль. Кровь? Нет, но, вернее сказать, пока нет. Но в носу появилось знакомое, коварное тепло, как будто там зажгли крошечную спичку.

— Следующий раз оттуда пойдёт кровь, — прошипел внутренний голос. — А может и что-то ещё⁈

Взгляд скользнул по циферблату. Надпись вспыхнула кроваво-красным, будто предупреждение на приборной панели обреченного корабля: «Остаток лимита — 9 минут 53 секунды».