Loading...
Загрузка...

Изменить размер шрифта - +

В огромных глазах Уолтера блеснул огонек удивления. Белые вообще все странные, но этот был страннее их всех, вместе взятых и завернутых в один кулек. Не сводя с него глаз, Уолтер похлопал одной коричневой ногой о другую. Похоже, белый парнишка чего-то ждал здесь, лежа на песке.

Он то и дело бросал нахмуренный взгляд на свои руки, поглаживал их, заглядывал себе через плечо, осматривая спину, пристально смотрел на свой живот и крепкие, стройные ноги.

Обеспокоенный, Уолтер сошел вниз с дощатой дорожки. Он сделал несколько осторожных шагов по песку и, с надеждой и тревогой облизнув пересохшие губы, встал над белым парнишкой, отбрасывая на него свою тень.

Белый мальчик лежал, безвольно раскинувшись, как марионетка без своих веревочек, совершенно расслабленный. Длинная тень легла на его руки, и он поднял на Уолтера спокойный взгляд, затем посмотрел в сторону, затем снова на Уолтера.

Уолтер подошел поближе, застенчиво улыбнулся и уставился куда-то вдаль, словно белый мальчишка смотрел вовсе не на него.

Паренек усмехнулся:

— Привет.

— Здорово, — очень тихо отозвался Уолтер.

— Отличный денек.

— Похоже на то, — улыбаясь, сказал Уолтер. Но с места не сдвинулся. Он стоял, держа свои длинные, тонкие пальцы на боках и предоставив ветру гулять в убористых рядах своих черных волос, пока наконец, белый паренек не сказал:

— Плюхайся рядом!

— Спасибо, — ответил Уолтер, немедленно повинуясь.

Паренек окинул взглядом все вокруг.

— Сегодня здесь маловато ребят.

— Лето кончилось, — осторожно заметил Уолтер.

— Да. Уроки начались неделю назад.

Они помолчали.

— Ты уже закончил школу? — спросил Уолтер.

— Да, в июне. Все лето работал, не было даже времени сходить на пляж.

— А теперь наверстываешь упущенное?

— М-да. Только вот не знаю, удастся ли загореть за две недели. В начале октября мне надо ехать в Чикаго.

— А-а-а, — понимающе кивнул Уолтер. — А я-то каждый день смотрел на тебя и думал, что ты тут делаешь.

Паренек вздохнул, лениво откинув голову на скрещенные руки.

— Что может быть лучше пляжа. Тебя как зовут? Меня — Билл.

— А я Уолтер. Привет, Билл.

— Здорово, Уолт.

На берег набежала тихая, сверкающая волна.

— Значит, тебе нравится пляж? — спросил Уолтер.

— Конечно, видел бы ты меня позапрошлым летом!

— Готов поспорить, ты тогда весь сгорел, — сказал Уолтер.

— Черта с два, я никогда  не сгораю. Я только чернею и чернею. Становлюсь черным, как ниг… — Белый парнишка запнулся и умолк. На лице вспыхнул розовый румянец. — Я становлюсь совершенно черным, — неуверенно закончил он, от смущения не глядя на Уолтера.

Тряхнув головой, Уолтер тихонько, почти грустно рассмеялся, показывая, что не обратил внимания на обидные слова.

Билл с удивлением посмотрел на него:

— Что тут смешного?

— Ничего, — ответил Уолтер, глядя на бледные длинные руки, едва загорелые ноги и белый живот паренька. — Абсолютно ничего.

Билл растянулся, словно белый кот, стараясь вобрать в себя побольше солнца, чтобы оно прогрело каждую его расслабленную косточку.

— Сними рубашку, Уолт. Погрейся на солнышке.

— Нет, не могу, — сказал Уолтер.

— Почему?

— Я обгорю, — ответил Уолтеp.

— Ха! — воскликнул белый паренек. И тут же, спохватившись, быстро отвернулся, заткнув себе рот ладонью.

Быстрый переход
Мы в Instagram