— Да, конечно, — я кивнул. — О чём ты хочешь поговорить?

— О том, что произошло тридцать семь лет назад, — Эрик вздохнул. — О твоём появлении я узнал только сегодня. Удивился… Затем просмотрел послания от местных властей и связался с советницей Императора. Госпожа Билата рассказала мне о твоём появлении, вчерашнем покушении и её собственных подозрениях.

— То есть ты уже знаешь, что я частично потерял память и не помню, что произошло в Третьем секторе?

— Да, знаю, — капитан кивнул и попросил: — Покажи шрамы у себя на груди.

Я пожал плечами, стащил футболку и продемонстрировал собеседнику то, о чём он просил. Просидев так пару минут, вернул одежду на место и уточнил:

— И что ты увидел?

— А тебе самому ничего не кажется странным? — небрежно произнёс капитан. — Начнём с того, что версия с семнадцатым «Миражом» выглядит правдоподобно. При осмотре того, что осталось от тех кораблей, на «Фениксе» — флагмане эскадры — не досчитались тяжёлого разведчика. Его обломков тоже не нашли.

— И… — я непонимающе поморщился. — Что мне должно показаться странным?

— Всё! — Эрик нахмурился. — Почему ты покинул корабль? Почему при тебе не нашли искусственный интеллект, который должен был управлять капсулой и посылать сигналы бедствия? Почему, наконец, у тебя на груди шрамы?

М-да… А ведь и правда… Что-то я не задумывался над этими вопросами. Нет, с третьим вроде понятно, но первые два…

Вот зачем было сваливать с космического корабля в спасательной капсуле? Что мне мешало улететь куда-то подальше, подать сигнал бедствия и присоединиться к флоту Третьего сектора? Если я уже сбежал, то на хрена мне сдалась эта капсула? Нет, понятно, что какое-то объяснение этому есть, но сейчас можно только гадать. Впрочем…

— Корабль, возможно, был повреждён, — пожав плечами, предположил я. — С искусственным интеллектом могло произойти что угодно. Ты же знаешь, что случилось с искинами на тех трёх планетах? Ну а шрамы… — я вздохнул. — С ними, думаю, всё понятно и так. То, что изменило экипажи кораблей, очевидно, действовало через импланты. Не знаю, как именно это происходило. Сейчас я даже не помню, для чего нужны грудные импланты.

— Улучшение физиологии, мониторинг состояния, защита от излучений, биологическая защита, лучшая психологическая устойчивость и ещё много чего, — заученно пояснил Эрик. — Только мой вопрос заключался в другом. Дело в том, что на семнадцатом есть медблок, и он никак не связан с управляющим искином. В нём ты спокойно мог удалить грудные импланты, но тогда от шрамов не осталось бы и следа! Понимаешь?

— Нет, не понимаю, — я покачал головой. — Что мне мешало остановить операцию, если кораблю угрожала опасность?

— Ты не мог этого сделать, и твой искусственный интеллект тоже не мог, — терпеливо пояснил капитан. — Медблок не подчиняется командам раненого. Не просто же так он автономен на всех кораблях. Ты должен был долежать до того момента, как ткани срастутся. Операцию можно было остановить только извне…

— Он прав, — тут же подтвердила в голове Юки. — На корабле с тобой был кто-то ещё…

— Не помню… — я тяжело вздохнул и опустил взгляд. — Получается, где-то в Третьем секторе летает ещё одна спасательная капсула? Или тот, кто был со мной, погиб вместе с кораблем?

— Корабль не погиб, — уверенно произнёс капитан. — Незадолго до неминуемой гибели разведчика искин бы отправил соответствующий сигнал. Так принято на флоте. Оператор не может отменить такое послание.