Вот, наконец, и сектор Б3.

Охраны у дверей нет, но сами двери заблокированы.

Я бросился к ним, попытался открыть замок.

«Отмена, отмена» — на каждую мою попытку автоматика выдавала одно и то же сообщение.

Вот ведь…

Размахнувшись, я с силой впечатал кулак в защитный лючок, под которым скрывалась проводка, попросту вырвал все к чертям собачьим.

Далее схватился за ручку и потянул что было сил.

Дверь стояла как влитая, но спустя несколько минут, когда я уже готов был отчаяться и признать, что мои старания тщетны, огроменная плита металла сдалась, подвинулась буквально на пару сантиметров.

Тут же в щель протиснулись чьи-то пальцы, схватились за дверь.

— Давай! Навались! Навались!

О! Хоть циркулярная связь заработала. Чертовы безопасники отрубили нам каналы связи, не оставив возможности общаться между собой. Единственный способ — это подойти чуть ли не вплотную к оппоненту, тогда только можно было поговорить.

Ну, или же открыть шлем, что нам было категорически запрещено.

Я вновь навалился на ручку всей своей массой. Вместе с тем, кто был с той стороны, мы смогли сдвинуть дверь.

— Хей! Кураж! — Вместе со мной дверь толкал, как оказалось, Куча. — Что за кипишь? Что случилось?

— А вы что, так и сидели тут? — поразился я.

— Ну да… Дверь то снаружи была закрыта. Как тревога завыла, так и начали пытаться вылезти, да только… Так чего происходит?

— Да хрен его знает, — ответил я, — какие-то странные голозадые бегают, бросаются на всех…

— А наши чего?

— А нет наших, — ответил я, — никого из роты не видел, только безопасников и их истуканов.

— Во дела! А где же наши Рамбо и Рокоссовский.

— На втором корабле чужих, где же еще? — в разговор влезла Выдра. — Вы долго тут торчать будете? Кураж, на!

Она всучила мне оружие.

— Откуда? — опешил я. Вроде пока сидели на карантине, безопасники наше оружие забрали.

— Приныкали кое-чего, — хмыкнула Выдра. — Так… Что за голозадые? Опиши.

Я описал, как смог. Да и чего там расписывать — голые типы с наголо постриженными бошками. Без причиндалов к тому же, и все на одно лицо.

— Клоны, — уверенно заявила Выдра, — точно клоны.

— Чьи? — поинтересовался Куча.

— А вот это хрен знает, но точно не наших. А в базе линкора только офицерье корабля и космодесы. Значит, это они.

— А чего они на безопасников бросаются? — спросил Куча.

— А в нас они чего стреляли?

— Так в нас «дохлые» стреляли, а этих-то оживили…

— Не факт, — буркнула Выдра, — но, чувствую, скоро со всем этим разберемся. Что, Кураж, командуй! Чего делаем и куда пробиваемся?

— К мостику, однозначно, — ответил я, — надо связаться с «Энеем» и разблокировать связь. Хоть узнаем, что к чему, а оттуда уже думать будем.

— Тогда пошли, — предложила Выдра, щелкнув затвором на винтовке, включила ЛЦУ.

Я тоже передернул цевье (всучила она мне не винтовку, а старый добрый «Ремаг», с которым, помнится, я лазал в начале своей карьеры).

Пока я ждал в коридоре, весь мой взвод начал вылезать через приоткрытую дверь наружу. Одним из последних вылез Дед.

Хоть не видно было за забралом лица, я понял, что ему очень и очень плохо.

— Тебя что, эти сволочи вообще не осмотрели? — опешил я.

— Осмотрели, — отмахнулся он, — даже медблок пригнали, но снять скаф не дали. Подключили медблок к нему и накачали всяким дерьмом по самые брови…

— А если у тебя кости сломаны?

— Да вроде нет… Пока «качали», было все нормально, но сейчас отходняки начались.