— Огонь по 14−06–12, — приказал я, — скорость не снижать!

Тут же вокруг начали мелькать вспышки, в тварей полетели очереди, и это дало результат — чертовы плевуны заметались, забегали. Парочку пули просто разорвали на месте, а вот остальные разбежались.

И что меня большего все в них раздражало — твари по корпусу бегали довольно быстро, не забывали останавливаться и пускать в нас свои иглы.

К слову, очень забавно они это делали — я заметил, как иглы, торчащие снаружи их тел, будто бы втягивались внутрь, как патрон вставали в «ствол», и далее выплевывались из хобота, причем точно выплевывались.

Я обратил внимание, что в списке личного состава моего взвода мигнула и погасла еще одна строчка.

Черт подери! Достали кого-то. А сколько раненых, сейчас и думать не хочется.

Хвала небесам, к этому моменту мы уже достигли обшивки.

Я мгновенно перевернулся, выставил вперед ноги и примагнитился к корпусу корабля, вырубил движки ранца.

Остальные космодесы, кто столь же ловко, как и я сам, кто неуклюже, кое как, проделали то же самое.

Ориентирование в открытом космосе — то еще занятие. Понять, где верх, где низ, где направление, с которого ты прилетел и куда тебе надо, иногда довольно затруднительно.

Во всяком случае, пока к этому не привыкнешь.

Слышал я истории, что некоторые новички в начале обучения стараются жестко привязаться к ориентирам. Ну вот, к примеру, считают, что крейсер, к которому мы летим, строго впереди, а примагнитившись к нему, думают, что они как бы «на стене», т.е. параллельно к их воображаемой линии горизонта.

Это ошибка. Нет никакой линии, никаких стен. Как только я оказался на обшивке — стал считать ее полом, ведь я на ней стою. Если отключу подошвы и вновь полечу в космос — корабль окажется сзади меня.

Вот и весь секрет. Если жестко привязываешься, сам себе создаешь проблемы: будешь считать себя висящим вверх ногами — начнет болеть башка, или же ты растеряешься, обнаружив, что противник «падает на тебя», когда ты вроде как находишься выше него.

Мы — существа, рожденные и выросшие на планетах, к космосу непривычны, не адаптированы. К этому нужно приспособиться и приучиться, или же будешь чувствовать себя как выброшенная на берег рыба.

Хотя есть и исключения. Слышал я, что те, кто родился и все детство провел на космических кораблях и станциях, ведет себя совершенно иначе, чем рожденные на планетах. Но зато у них своя проблема — у многих боязнь пространства, некоторые на планеты вообще не спускаются или сидят в зданиях, носа наружу не показывая. Им я откровенно сочувствую. Космос космосом, но лишать себя возможности ощутить дуновение ветра, увидеть планетарный пейзаж, океаны воды, зеленые моря лесов, холмы, горы, степи…

Опять хрень в голову лезет.

Я огляделся — большая часть бойцов уже была на обшивке, еще несколько последних разворачивались, чтобы примагнититься к обшивке. В космосе медленно плыли несколько трупов, которых достали плевуны.

Кстати, о них — чертовы твари, получив от нас на орехи, тут же спрятались за надстройки, и пока не показывались. Вот и хорошо, вот и славно!

Еще меня радовало, что не появились «штурмовики», что даже странно.

Нам повезло — практически не встретили сопротивления. Но это в свою очередь значит, что десант с другого «Метеорита» попал в жесткий замес — там их жуксы встретили со всем «радушием».

Что ж, сегодня нам повезло, а другим нет, завтра можем поменяться местами.

Ну а раз сейчас поперло — нечего терять время.

— Голый! Корней! Шмидт! Работайте!

Трое бойцов прошли специальный курс, в нашем взводе они выполняли роль саперов и взрывателей.

Собственно, любой сержант или капрал, имеющий доступ к базам данных, купивший их и установивший, мог поставить и активировать пакеты, предназначенные для абордажа.