— Кто говорит? — голос снова стал строгим.

— Эм, это мой старпом, простите, товщначальник, мы ему сейчас выговор в трудовую за несоблюдение субординации.

— Да ладно, зачем выговор. Гимн вместе прочитайте, в красный уголок поставьте, или как там у вас на Че называется, — послышался сдавленный смешок.

Арсен привстал со стула и нахмурился.

— Мы можем продолжать движение? — холодно спросил батя.

— Продолжайте, конечно. Ах, да, забыл спросить — вы имеете отношение к двум только что всплывшим господам?

— К каким-каким господам?

— Два катера, двоечки, всплывшие после вас с интервалом… — начал инспектор, но батя его прервал.

«Двоечки» означало вторую размерность — до десяти до пятидесяти метров.

— Нет-нет, понятия не имеем, что им тут нужно.

— Хорошо. Да, авалонцев не забудьте известить. Ровных всплытий.

— И вам не хворать.

Инспекция отключилась, батя пробурчал что-то вроде:

— Красный уголок им не понравился, б…

Его браслет тут же моргнул, снимая штраф за нецензурную брань. Батя стиснул зубы в ухмылке и полез листать контактные листы в зоне досягаемости связи.

— Это же авалонцы же, да, Ильич? — указал он на один из контактов. — Бортовой номер «гпт-3–0007–2667-ава».

Зоркий глаз робота увидел строчку с другого конца зала.

— Именно. Гипотраулер, как и мы. Имя корабля на зарубежном, «Andromeda Berner». Только они, вероятнее всего, действительно занимаются сбором дефлюцината.

— Значит, у них там дёшево будет!

— У них чего, всего семь судов третьей размерности? — усмехнулся я. — Или он, типа, такой старый, а все остальные — новее?

— Микронация, что с них взять… Десяток судов нашего размера, остальное — шлюпки и челноки. Да, они нас не любят, но дефлюцинатом должны поделиться. Аллё, это капитан «Андромеды»… Как там его… Простите до беспокойство, у нас заканчивается дефлюцинат, вы не могли бы продать нам…

По ту сторону мигом запричатали с непередаваемым акцентом и пафосом, достойным лучшего театра в центральном микрорайоне столицы:

— Я уже извещён, о грязный. Силой радиоволны, что даровать нам Всевышняя Искупительница нашего бренного бытия мисс Сверхмэссив Блэк Хоул! Мы позволять вам, мерзким коварным коммунистик еретик приблизиться к нашему кораблю для того, чтобы осуществить передача… эм, дэфлюсинейдет топливо. В размере трёх вёдер. В обмен на имперские кредиты или предметы — бытовая техника, различный медикамент, и…

— Ладно, браток, сейчас подплывём, да сочтёмся. Ты не бойся, мы добрые, у карликов экспроприировать ничего не собираемся!

* * *

Авалонцы были в этих краях самыми что ни на есть аборигенами — построили здесь свой купольник примерно в то же время, что и Первая Московская Империя начала осваивать Челябинск. Они прилетели сюда на двух крохотных кораблях — Авалон-10 и Авалон-30, преобразованные затем в орбитальные станции. Созданное позже наше государство не признало их статуса, но даже не столько из-за расположения у границ. Если в случае с признанием других карликовых народов можно было решить какие-то геополитические задачи, то статус миллиона отсталых, не располагающих флотом сектантов не давал никаких бонусов ни в случае признания, ни в случае отрицания этот факта.

Гипотраулер авалонцы, вероятно, переделали из старого имперского лайнера. Из просмотрового окна он выглядел как огромный пожухлый цветок. Сетчатые лепестки вытянулись на добрые подкилометра, и он казался гигантом, хотя по факту был немногим больше нашего. Мы пристыковались главным швартовочным коридором, проверили давление.