Изменить размер шрифта - +
Чуть пожёстче всплывают у карликовых планет — на дальнюю орбиту там не выйти, а гравитационная воронка на ближней орбите обычно неровная, с ухабами и изгибами. Тяжелее всего всплывать на границе атмосферы обитаемых планет и особенно — на низкой орбите у газовых гигантов. Востроскруча, гравитационный волчок не успевает быстро прийти в себя, и несколько секунд корабль несёт на всех парах к поверхности. Конечно, на крупных современных кораблях и станциях устанавливали мощные гравикопенсаторы, помогающие востроскруче не слететь с катушек и не отключиться. Мы же такой привилегии лишены, поэтому-то нас и премируют за каждое такое всплытие и погружение, как за небольшой подвиг.

Озёрск-3 был каменюкой сравнительно небольшой — пятьсот километров в диаметре, и всплыли мы ровно. Коньки после семи часов не сильно устали, и даже престарелые синие не стали чудить — ровно свернули хвосты. Я отошёл от своего туннелизатора, хлопнулся на свободный стул и глянул в браслет.

 

Получена премия: 5 трудочасов (всплытие из п-пространства)

Накоплено трудочасов: 199,95

 

Когда танец гипототемов прекратился, батя проверил основные системы и резво спрыгнул с капитанского мостика.

— Арсен! Сбегай в трюм, прикорми волчка! У нас вроде ещё оставалась булочка с ураном… Да, и взгляни по пути на холодильники, которые у носа, ничего там не упало? У меня опять камера сбоят в грузовом, будем переделывать.

— Есть, кэп, — кивнул Арсен и зашагал в сторону лестницы.

— Так, окружение? — батя развернулся ко мне и роботу.

— Наблюдаю шесть судов на орбите, — ответил Ильич.

Батя мог бы и сам порыться в приборах и посмотреть окружение, но предпочитал, чтобы ему кто-то показывал. В общем-то, общение в команде — полезно, если ты не занудный интроверт. Каким Ильич, собственно, и являлся.

— Ну, блин! — батя погрозил ему кулаком. — Я тебя сколько уже, двадцать, двадцать пять лет знаю, если я спрашиваю окружение…

— Понял. Вывожу голограмму.

Посередине зала всплыл шарик планеты, на разных орбитах крутилось шесть точек.

— Это имперские суда, — указал Ильич. — Малый торгово-развлекательный корабль компании «Большой Будда», и почтово-грузовой лайнер фирмы «Поник». Предположительно — как и мы, на транзите.

— Ну вот, а Арсен всё хотел к Озёрску-семь, потому что там торгово-развлекательный центр, — поворчал батя. — Говорил же, что не нужно! Так, а это что за хмыри… Стоп. Инспекция⁈

Он тыкнул в чёрный ромбик.

— Да, катер Ордена Правопорядка.

— Вот чёрт! Они же сейчас до нас докопаются. Челябинским судам тут не рекомендовано, и всё такое. С другой стороны… — он на миг задумался. — Ладно, посмотрим. А остальные?

— Два корабля сообщества Авалон-10 и маршрутка от «Астромиг». Один из них — ближе всех, всего в трёх тысячах от нас. Так. Фиксирую два всплытия.

На голограмме загорелось ещё две точки.

— Они? — угрюмо спросил батя. — Нашли?

— Вероятнее всего. Транспондеры не отвечают. Тридцать тысяч от нас. Начинают движение.

— Ну, если это те хмыри, то наличие катерка Инспекции нам очень к месту.

Мы напряжённо пялились в карту, потом батя метнулся к пульту управления и закрыл глаза. Я уже понял, что он делает — запускает маневровые и общается с волчком, чтобы тот помог разогнаться и совершить межорбитальный манёвр. В голову послышался шёпот. Забегали светлячки в глазах — космическая зверюга услышала наш призыв и начала бормотать что-то, сыпля угловатыми образами космических кораблей, незнакомых планет и прочего, что казалось ей похожей. Наконец, немного качнуло в сторону.

Быстрый переход