— Зато можно не ходить в форме, и не измеряют длину волос и карманов, — усмехнулась она.

Это точно — подобным плюсам и я в своё время очень обрадовался. На этом ее история закончилась, потому что прозвучал приказ пристегиваться. Мы садились в сумеречном районе Бен-Гурион, солнце здесь всегда висело очень низко над горизонтом, а с ночной стороны дул пронизывающий ветер. Поэтому посадка выдалась тяжелой — бедного волчару кидало из стороны в сторону, пару раз нас подкидывало вверх — он пугался и отпускал гравитацию. Потом наступил самый неприятный момент — волчка увели в сторону, и включились маневровые. Трясло не слабо, верхний чемодан, который я забыл убрать, свалился и больно ударил по ноге.

— Ушибся? — с сочувствием спросила она. — У меня где-то восстанавливающие пластыри были.

— Ерунда, пошли уже скорее.

Челночный вокзал здесь лепился к стене глубокого каньона, уходящего с ледяной на солнечную сторону. Внизу, на километровой глубине бурлил мощный ледяной поток, обрывавшийся водопадом вдали на фоне низко зависшего над горизонтом солнца. Насладиться зрелищем мы не успели, толпа понесла нас по длинному широкому туннелю в сторону станций маглева. Обитаемое сумеречное кольцо здесь было пересечено сотнями хорд — прямых линий, проходящих через ночную и дневную стороны.

Чиркнули имперскими кредитками у турникетов — денег у меня осталось мало, но и билет стоил недорого. Ввалившаяся в вагон толпа прижала нас друг к другу — причём оказалось это совсем не романтично, скорее, травмоопасно — особенно если учесть, сколько месяцев мы провели в местах со слабой гравитацией.

— Много сегодня первого опыту, — хмыкнул я. — Первый раз еду на поезде и первый раз в давке, как-то к более комфортным условиям привык.

— Избалованный? Да уж, здесь не пообнимаешься, — её слова защекотали мне в ухо. — Ну, нам выходить через сорок минут.

— Всё равно — долго, — заметил я.

Мне по прежнему приходилось удерживать два чемодана, а рюкзак я перевернул на живот, вспомнив наставление по поводу действий в драке. Ещё, не дай бог, полезет кто-то в секретное отделение да и пропадёт в недрах вывертуна.

— Был бы наш контрабандный флот побогаче и обладал собственным нормальным челноком — просто высадил бы меня где-нибудь в нужной точке, всё равно местные станции слежения так себе работают. Либо просто приземлился бы на ближайшем утёсе.

— Приземляться дорого, да, но у вас есть челнок на нижней палубе, — парировал я. — Маленький, атмосферный, двуместный. Топлива только нет. Предусмотрели бы заранее…

— Это вот та самая фиговина, прикрытая большим тентом? — удивилась Дина. — Я думала, там очередной металлолом. Мне Ильич не разрешил посмотреть.

— Угу. Батя рассказывал, они как-то раз высаживались прямо из верхней атмосферы.

— С другой стороны — нам выходить на леднике. Ну или у ледника, я толком не помню. Ты на леднике когда-нибудь садился?

— Не-а.

— Ну и вот.

Впрочем, давка продолжалась недолго. От солнца осталась узкая красная полоска. Маглев-поезд вынырнул из полупрозрачного тоннеля и остановился рядом с двумя огромными небоскребами, вроде тех, что я видел у нас в районе Кирова. Еще на пару сотен вверх над ними торчали ветряки вперемешку с лепестками солнечных батарей, ярко освещённых спрятанным за горизонтом солнцем.