Офицер в темно-коричневом мундире с золотым шитьем на рукавах и с шевроном, на котором была выведена цифра 3, внимательно посмотрел на меня, повертел в руках секрет-карту, словно не мог осмелиться что-то сказать, после чего вставил ее в компактный аппарат, больше похожий на древнюю игровую приставку, бывшей когда-то популярной на Земле. Провел картой в щели и посмотрел на монитор.

— Сэр, вас давно разыскивает Компания «Глобальные туры». Уже было несколько запросов, но всякий раз мы отсылали отрицательный ответ.

Офицер немигающе уставился на меня, словно пытался уличить во лжи, готовой сорваться с моих губ. «Глобальные туры» — мой дом родной, а папа — Анисьев. Немудрено заволноваться. «Победоносец» умудрился уйти без меня с Ирбиса. Вероятно, подоспели новости о Бродягах, агентах и бандитах. Гид Балканский влип сразу в несколько ситуаций, что даже обычно вяловатый Анисьев встрепенулся. Или что-то случилось? Так уж важно мое присутствие на Формозе? Или шеф хотел убедиться, что я надежно затерялся в лесах-горах Ирбиса? Он, кстати, не раз высказывал сомнения по моему прошлому, покрытому для него мраком, неприступным и непроницаемым. Его этот факт, мне кажется, сильно заедал.

Только одно меня озадачило. Помимо моей Компании больше никто не удосужился объявить розыск пропавшего человека. Полиция хранила молчание, но, тем не менее, Северов умудрился вычислить меня. Хотя, судя по его поведению, действовал он на свой страх и риск. Может ли статься, что он ждет меня на Формозе?　

— Лично для меня есть что-нибудь? — я изобразил улыбку. — Мне пришлось сделать вынужденную пересадку с «Победоносца» на этот круизный лайнер, не известив об этом свою Компанию. Что ж, штрафные санкции я заслужил.　

Офицер понятливо кивнул, но не торопился отпускать меня. Он копался в секрет-карте, словно задался целью вырыть нечто интересное. Я стал терять терпение. Умудренный многочисленным общением с таможенниками, я вывел для себя нехитрую формулу: что бы ни случилось при проверке, никогда не задавай лишних и ненужных вопросов, не суетись и не отвлекай служащего от работы. Таможенник — тот же полицейский, только имеющий в своем рабочем арсенале более изощренные инструменты воздействия. Не понравился пассажир — поставит в паспорте красный штамп с надписью «отказано во въезде», и можно собираться в обратный путь с испорченным настроением, потерянными деньгами и вселенской ненавистью к бюрократии и произволу таможенных служб.　

Мое поведение, кажется, офицеру понравилось. Несуетливый клиент попался. Таможенник задал вопрос, озадачивший меня:　

— Цель вашего приезда?　

— Сопровождение туристической группы с дополнительным научно-археологическим статусом, — насторожился я. — Я уже объяснял, почему прибыл отдельно от группы.

Ответ меня огорошил:　

— Ваш «Победоносец» не появлялся, что делает ваше пребывание на Формозе нежелательным. Сами согласитесь, насколько нелепо выглядит гид без туристов.　

— Я могу воспользоваться индивидуальным правом, — попробовал сломать бюрократический барьер, но офицер был непреклонен.　

— Мы связывались с вашим шефом — и он самолично закрыл ваше «право».　

— Анисьев сделал это? — пораженно спросил я, понимая, что это уже не шутка.　

— Есть электронное подтверждение, — чиновник развернул экран в мою сторону и я с несказанным удовольствием (не забудьте взять словосочетание в кавычки!) прочитал послание от своего начальника.