— Ничего, — отмахивается мужчина. — У меня пенсия приличная. За гостиницу, выходит, платить не надо?

— Нет. Агентство башляет.

— Бесплатное жильё в Москве, — хмыкает довольно. — За одно это работать можно.

Это он, конечно, преувеличивает, но так-то да. Найти в Москве крышу над головой дешевле тридцати пяти тысяч практически невозможно. Только комната в хрущёвке на окраине.

— Девушка — моя будущая подчинённая? — кивает на непробиваемую Зину.

— Посмотрим. В смысле обучения и специальных инструктажей мы все, включая меня, ваши подчинённые. В оперативном подчинении в будущем будет подразделение. Но это по ходу дела решим: кого, сколько и как.

Разговор прекращается, когда Гена виртуозным поворотом заруливает на площадку перед гостиницей «Университетская». И неожиданно возобновляется, когда мы остаёмся в номере одни.

— Ну, устраивайтесь… — собираюсь уходить.

— Подожди, Вить. Мне кое-что надо знать сразу. Расскажи в общих чертах, как у вас обстоит дело с секретностью. Кто и что знает?

Глаза серьёзные, внимательные. Пожимаю плечами:

— Некоторые проекты почти абсолютно открытые. Например, освоение плазменного напыления. Технология хорошо известна во всём мире. Там особо нечего скрывать. Однако подробно в открытый доступ конструкцию оборудования всё равно не выкладываем.

Глаза будущего шефа СБ выражают сдержанное одобрение.

— Кстати, Вить, эти ваши номера на прослушку не проверялись?

— Нет.

И мы переходим на письменное общение, которое можно представить в виде не очень длинного диалога.

— Есть абсолютно закрытые проекты. Часть веду лично я, часть — мой заместитель Песков Андрей. Мы имеем о работе друг друга полное представление, но не до тонкостей. До той степени, что позволяет советоваться друг с другом. При таких обсуждениях третьи лица никогда не присутствуют. Это ключевые разработки.

Фёдор Дмитриевич ставит плюсик под моей писаниной.

— Другие проекты находятся примерно в таком же положении. Например, матобеспечение технологии 3D-печати тоже «под замком». Горбункова Таша, которая ведёт проект, часто даёт задания членам своей группы. На разработку отдельных модулей. Вся схема в целом — только в её голове. Ну и у меня на флешке в сейфе.

Смотрю, как собеседник ставит ещё плюсик с маленьким вопросом и подчёркивает слово «флешка».

— Есть кое-что, что знаю только я.

— Что конкретно? — и добавляет запись: — Мне знать можно. Для того, чтобы иметь представление.

— Нет. Вам этого тоже знать не надо, — шеф он СБ или нет, но тоже будет знать только то, что необходимо для работы.

И я попадаю в яблочко. Фёдор Дмитриевич улыбается и ставит очередной плюс. Затем тщательно рвёт листы из блокнота на очень мелкие кусочки и уносит в санузел. Через пару секунд раздаётся шум воды.

Этого я никому не скажу. Луна — шлюз в Солнечную систему, дверь в неё. Думаю, есть в мире люди, которые это прекрасно понимают. Англосаксы, например, такие вещи просекают мгновенно. Недаром Великобритания в своё время быстренько взяла под контроль Гибралтарский пролив и Суэцкий канал, благодаря которым держалась её колониальная империя. Американцы, расширив мир до его естественных пределов, взяли под себя Панамский канал и Малаккский пролив. И до сих пор человечество не может избавиться от этих кандалов.

Космопорт на Луне, вот что обеспечит доминирование в Солнечной системе, если быть точным.