И только когда попробовал вылезти наружу и встать, он оказался в проигрышном положении. Скорчившись от боли, лорд Линден схватился за бедро, на лбу у него выступили мелкие капельки пота.

На лице Миклоша отразилась обеспокоенность. Блейз бросилась помогать Джулиану. Она подхватила его под руку и поддерживала все время, пока он твердо не встал на ноги.

– Может, вам лучше лечь? – тревожно спросила она.

– Нет нет, – хрипло ответил Джулиан, – это сейчас пройдет.

Блейз очень хотела чем то помочь ему, облегчить страдания. Накануне она видела, что он непрерывно растирает больное бедро, знала, что он страдает от сильной боли.

– Матушка табора, Панна, отличная знахарка, она лечит травами, – проговорила Блейз. – Может, она сумеет помочь?

– Да да, – подхватил Миклош. – Панна знает, что делать в таких случаях. Мы сейчас ее приведем.

– Я бы не хотел… затруднять ее, – неуверенно отозвался Джулиан.

– Что вы, какое затруднение! Надеюсь, это поможет загладить поступок Бруно.

– Что ж, буду весьма признателен, – согласился Джулиан, глядя на Блейз, которая все еще продолжала держать его под руку.

Совсем некстати ей захотелось коснуться его лица, разгладить складки вокруг рта и морщинки у глаз, вызванные страданием. До нее не сразу дошло, что Миклош обращается к ней с просьбой разыскать и привести Панну.

– Да да, сейчас, – тут же отозвалась Блейз. Она отпустила руку Джулиана и поспешила на поиски старой цыганки.

«Панна выглядит ужасно, очень похожа на ведьму, смеется, словно каркает, – подумал Джулиан часом позже, – но в знахарстве своем больше полагается на умелые, знающие, сморщенные временем руки, чем на черную магию».

Просьба раздеться несколько смутила Джулиана. В то время, когда Панна внимательно осматривала и ощупывала рану на бедре, Миклош с любопытством следил за ее действиями. Но как только пытка закончилась, Джулиан уже не сомневался, что старуха действительно отличная знахарка.

Панна принесла ему мазь, составленную по старинному цыганскому рецепту, и тут же сама втерла в зарубцовывающуюся рану, массируя ее пальцами. Мазь приятно пахла мятой и немного холодила. Панна пообещала, что мазь поможет снять приступы боли, после которых нога обычно немела, а его самого едва не тошнило.

– Теперь вам станет легче, и вы сможете двигаться быстрее, – пообещала старуха, когда закончила священнодействие. Затем обернула ногу куском муслина и насухо вытерла руки.

– Поразительно, – задумчиво произнес Джулиан, – мне уже стало легче. Не могу передать, как я благодарен вам.

– Я знаю, как вы благодарны, милорд, – резко харкнула цыганка Не надо много ума, чтобы понять, что старый цыганский рецепт стоит дюжины ваших новомодных лекарств. Но если вы действительно хотите удивиться, приходите как нибудь ко мне в палатку, я погадаю вам.

Он вежливо согласился, но не потому, что верил в подобную ерунду, а просто из благодарности за помощь и за то, что она не заставила его лежать до полного выздоровления. Он страшно устал от бесконечного лежания, которое ничуть не уменьшало боль. Болезненные спазмы начинались в любом положении.

Когда Джулиан остался один, он встал, опершись на ногу всей тяжестью тела, и простоял так примерно минуту. Сила в ноге, конечно, еще не восстановилась, но боль заметно спала. Уилл Террел будет ревновать, в этом Джулиан не сомневался, хорошо зная своего камердинера.

На душе у него посветлело, ему уже давно не было так хорошо. Джулиан закончил бриться, оделся и опять стал респектабельным джентльменом.