– Вот ты где, Айрис! Мама повсюду тебя ищет. – Тея с Айрис обернулись на голос Сесили.

– Здравствуй, Сесс, просто я разговариваю с главной фигурой этого приема, – ответила Айрис.

Сесили скептически приподняла брови:

– Я вижу. Но мама ждет тебя. Улыбка на губах Айрис погасла.

– К тому же, Сесили, я собираюсь поесть. Это праздник, а я проголодалась.

– Право же, Айрис, леди не подобает проявлять слишком хороший аппетит.

Тея подумала, что на роль закадычной подруги Айрис могла бы найти кого-нибудь и поприятнее этой слишком заносчивой молодой леди. Но, заметив искры гнева, вспыхнувшие в глазах сестры, Тея поняла, что надвигается гроза, и попыталась разрядить обстановку.

– Думаю, ваша мама не станет возражать, если Айрис позавтракает со мной. Терпеть не могу есть в одиночестве.

Учтивая улыбка Сесили слегка потускнела.

– Вы очень любезны, но я уверена, что Айрис не захочет огорчать маму. Ведь она сопровождает Айрис в свете, пока ее родители не вернулись в Лондон.

Хотя и сейчас Сесили старалась вести себя корректно, на музыкальном вечере она держалась более приветливо. Что же изменилось с тех пор? Что побудило ее обращаться к Tee с такой холодной учтивостью?

– Конечно, Айрис. – Тея повернулась к сестре. – Мы непременно скоро увидимся.

Губы Сесили дрогнули в презрительной усмешке.

– Это маловероятно.

– Почему? Вы собираетесь уехать? – спросила Тея. Она перехватила взгляд Айрис и увидела в ее глазах боль. Щеки сестры покрылись пятнами румянца.

– Я думала, вы приехали в Лондон на весь светский сезон, – сказала Тея. Она-то надеялась познакомиться с сестрой поближе.

– Мы редко бываем в тех кругах, где принят ваш муж. Так что вряд ли нам с вами придется сталкиваться. – Надменно-снисходительный тон Сесили и без того раздражал Тею, но скрытый смысл ее слов окончательно вывел ее из себя.

Как эта противная гордячка посмела заявить, что презирает то общество, где вращается Дрейк?

– Но ведь сегодня вьг находитесь здесь, как и мой муж. Разве я не права?

Сесили пренебрежительно махнула ручкой:

– Леди Апуорт занимает весьма высокое положение в свете. Это всем известно. Нет ничего унизительного в том, чтобы присутствовать на одном из ее приемов.

Взгляд, брошенный ею на Тею, ясно давал понять: в ее гордой головке не укладывается, как такая высокопоставленная леди снизошла до того, чтобы устраивать свадебный прием для Дрейка и его жены.

Tee захотелось сбить спесь с этого жалкого цыпленка, стереть выражение высокомерного превосходства с ее кукольного личика. И она заговорила угрожающе спокойным голосом:

– Полагаю, вы намекаете на нечто унизительное, связанное с моим мужем?

Айрис поспешно вмешалась, упреждая ответ Сесили:

– Конечно же, нет! Сесили ведет себя не слишком умно. – Сердитые карие глаза укоризненно взглянули на подругу. – Уверена, ей больше нечего сказать.

– Так уж и нечего! – вскинулась Сесили. – Не такой уж это большой секрет. Всем известно, что родители вашего мужа не были женаты. Так что по общественному положению Дрейк нам не ровня.

От возмущения у Теи кровь бросилась в лицо, и она не сдержалась. Подступив ближе, так что ее лицо оказалось всего в нескольких дюймах от лица зловредной Сесили, она сказала:

– Мой муж – внук герцога, благородного джентльмена, который с момента его рождения ясно дал всем понять, что не потерпит ни малейшего пренебрежения любого рода по отношению к леди Норин или Пирсону.