Не похоже, что она испытывала чувство благодарности, скорее – рассердилась. Глядя прямо ему в глаза, она проговорила:

– Мистер Дрейк, я очень признательна за ваше предложен ие, но вынуждена отклонить его. Я буду чувствовать себя очень неловко, если из-за меня за капитанским столом останется пустовать место.

– Место не будет пустовать. В случае необходимости я пришлю кого-нибудь посидеть с вашей служанкой, так что не беспокойтесь.

Он сам не понимал, почему так настаивал, но мысль о том, что она будет сидеть за другим столом и разговаривать с пассажирами мужского пола, казалась ему невыносимой.

Она нахмурилась и едва заметно кивнула:

– Благодарю вас, мистер Дрейк.

Он с трудом удержался от улыбки – все-таки она не посмела ему отказать.

– Думаю, мне пора вернуться в каюту, – добавила Тея. – Хочу посмотреть, как там Мелли.

Отличная мысль. Действительно, что ей делать на палубе? И вообще пора бы приструнить эту своенравную особу.

– Если снова отправитесь гулять по палубе, берите с собой служанку, мисс Селуин.

– Вы серьезно? – Она расправила плечи и вздернула подбородок. – Мистер Дрейк, я уже вышла из того возраста, когда нуждаются в няньках, уверяю вас.

– Да, разумеется. – Он улыбнулся. – Но кажется, вы забыли, что молодая леди не должна прогуливаться без сопровождения.

Лицо ее словно окаменело, и она без всякого выражения проговорила:

– Я не нуждаюсь в ваших советах и указаниях относительно моего поведения. Если я найду нужным прогуляться по палубе без горничной, я так и сделаю.

Она сопровождала свои слова взмахами зонтика, и несколько раз сей предмет оказывался в опасной близости от лица Дрейка. В конце концов он не выдержал и, ухватившись за наконечник зонтика, решительно заявил:

– Нет, вы этого не сделаете.

Она попыталась выдернуть зонтик из его руки:

– Отдайте же!..

Он внезапно разжал пальцы, и Тея, по инерции отступив на шаг, наткнулась на одного из матросов – к счастью, тот придержал ее за плечи, и девушке удалось устоять на ногах.

Оправив платье, она сказала:

– Если вы закончили отдавать свои бесполезные распоряжения, то я оставлю вас с вашими… котельными проблемами.

Тут Дрейк вдруг заметил, что матросы, ставшие свидетелями этого обмена любезностями, выразительно переглядываются и ухмыляются. Приблизившись к Tee – она невольно попятилась, – он наклонился к ней и вполголоса проговорил:

– Мисс Селуин, имейте в виду, что судно принадлежит мне, а единственный человек на борту, который может отказаться выполнять мои распоряжения, – это капитан. Но даже он десять раз подумает, прежде чем так поступит. Я полагаю, вы будете следовать его примеру.

Огромные, широко раскрытые глаза девушки смотрели на него с испугом. Высокая грудь судорожно вздымалась.

– А что, если моя горничная все время будет страдать от морской болезни и не сможет меня сопровождать? Не станете же вы требовать, чтобы я так и просидела в своей каюте все шесть, а то и восемь недель.

Прядь каштановых волос выбилась из-под шпильки, и Дрейку ужасно захотелось намотать этот локон на пальцы и притянуть лицо девушки поближе – чтобы их губы встретились. Усилием воли отбросив эту мысль, он возразил:

– Не шесть и не восемь, а пять недель. Ее взгляд был устремлен на его губы.

– Что?..

– Пять недель. Мы будем в Ливерпуле через пять недель.

– Но это невозможно! Ни один из наших кораблей ни разу не преодолел этот путь меньше чем за шесть недель. Вы не можете рассчитывать, что вам удастся проделать его за пять.