24

Когда субботним утром зазвонил телефон, я уже не спешила откликаться, как в разговоре с Майком. Было одиннадцать часов, и мы, сидя втроем в гостиной и разобрав по частям толстушку «Таймс», пили кофе.

— Александра Купер?

— Да.

— Это Клем.

Я почему-то считала, что Клем — это мужчина, но из трубки доносился приятный женский голос. Приподнявшись, я потянулась за ручкой и блокнотом, что лежали в ящике соседнего столика.

— Вы собирались мне рассказать о том, что случилось с Катриной? — без всяких предисловий начала Клем.

Не зная о том, какие отношения связывали этих женщин, я решилась придерживаться известных фактов.

— В четверг полиция обнаружила тело Катрины. Ее убили, возможно, еще прошлой зимой.

Клем долго молчала.

— В Южной Африке? — уточнила она.

— Нет, здесь, в Штатах. Катрина, судя по всему, туда так и не уехала. — Я не хотела сообщать собеседнице дополнительную информацию.

— Вам известно, кто убийца?

— Нет, мы этого пока не знаем. По делу только начато следствие.

По мере того, как Клем отходила от шока, последовали обычные вопросы. Какой смертью умерла Катрина? Где ее обнаружили? Пытались ли мы связаться с ее отцом? Известно ли мне об изнасиловании? Знаю ли о ее болезни? Я поняла, что Клем в курсе дел Катрины настолько же, насколько и все остальные, кого мы уже опросили.

— Клем я обратилась к вам потому, что ваше сообщение одним из последних пришло на адрес Катрины. Это было в конце прошлого года, после праздников, после вашей поездки домой. Помните, о чем вы тогда ей написали?

Снова последовала продолжительная пауза.

— Да будто ничего особенного. Помню только, что я беспокоилась, почему от нее так долго нет известий.

— У меня есть копия вашего письма. Вы действительно справлялись о ее самочувствии, но, кроме того, вы интересовались, смогла ли она проникнуть в некий склеп. Припоминаете?

Еще более долгая пауза. Нет, допрашивать по телефону мне не нравилось. Я предпочитала наблюдать, как человек себя при этом ведет, видеть его реакцию.

— Вообще-то говоря, нет, — наконец сказала Клем.

— Позвольте зачитать это письмо. — Я пошла за ним в свой кабинет и открыла папку.

— Послушайте, мисс Купер. Мне действительно хочется помочь, но я не знаю, кто вы и почему это так важно для вашего расследования, и мне бы не хотелось вести подобный разговор по телефону.

В этом наши пожелания совпадали.

— Могли бы вы приехать в Нью-Йорк, разумеется, за наш счет, и на месте продолжить беседу?

Молчание.

— Нам удалось найти всего несколько человек, которые знали Катрину. И вы могли бы реально сдвинуть наше расследование с мертвой точки.

— У меня здесь работа. Я не могу так просто покинуть Лондон из-за определенных обязательств, — отозвалась Клем.

— Тогда не могли бы вы назвать кого-нибудь в Нью-Йорке, кому Катрина доверяла?

— С кем вы уже говорили?

— С ее коллегами по музею. Тибодо, Постом, Фридрих, Беллинджером, Мамдубой, — начала перечислять я. — Парнем по имени Зимм. А, ну еще с Гейлордом.

— Нет, это все просто ее коллеги. Никто из них не знал ее так, как я. — В голосе собеседницы я уловила колебание. — Вы уверены, что это именно убийство, а не несчастный случай?

— Катрину Грутен отравили.