— Будет весьма неприятно, Пэт, если вас обяжут выступить с показаниями в суде. — Это заявление его озадачило. — Если я правильно понимаю, вы единственный, кто мог устроить утечку информации в ту ночь, когда в порту Ньюарка обнаружили тело Катрины Грутен, после чего мы с Майком выехали туда на осмотр. Помните, вы еще хотели свалить этот грех на Джейка? Готова поспорить, что, если я стану выяснять, по чьей наводке около здания суда оказались журналисты, раструбившие по всему городу об этой сходке садо-мазо-психов, дружественные и кое-чем обязанные мне источники наверняка скажут, что никто другой на этой планете так не желал бы предания гласности порочащих меня лозунгов, как вы.

— Алекс, не уходи, пока я не закончу, — подала голос Эллен. — Я еще не успела все оформить.

— Прости, Эллен, только не нужно ставить на учет этот пистолет. Мы уже давно знаем, что Ширли украла его из отцовского гаража. Так что не трать время на такие мелочи. — И я вышла, громко хлопнув дверью.

Вернувшись в свой кабинет, я подошла к столу Лауры и, позвонив с ее телефона Саре, сообщила об аресте Ширли Данциг.

— Мне все равно, кому ты доверишь дело. Главное, чтобы человек сумел отобрать нормальных присяжных и обосновать наличие пистолета в качестве одного из основных доказательств обвинения. После обеда мы с Майком будем в Музее естествознания.

Майк стоял у Клем за спиной и читал ее электронную почту.

— Отметился Эрик Пост, — прокомментировал он. — Ужасно сожалеет о кончине Катрины. Выходные, когда Клем якобы прилетает в Нью-Йорк, его в городе, скорее всего, не будет, но он хотел бы с ней созвониться. Оставил свой рабочий телефон. Правда, сегодня, как он сказал, по этому телефону его нельзя будет застать, так как у него какие-то дела с Гейлордом.

— Кстати о Гейлорде… — начала я.

— Да, я звонил ему. Он пробудет в Музее естествознания всю вторую половину дня. Там мы с ним и встречаемся.

— Что нам делать с Клем?

— Мы ее точно не потащим на экскурсию в музей. Пусть продолжает вести переписку, так?

— Да, ей здесь будет безопасней.

Я позвонила в офис Райана Блэкмера, чтобы узнать, будет ли сегодня Гарри Хинтон свидетельствовать перед большим жюри по делу арестованного в понедельник педофила. Оказалось, что будет, и, как сказал Райан, первое представление ожидается к двум часам пополудни. После того с Хинтоном можно будет встретиться.

— Мы оставим вас в кабинете Куп вместе с одним из наших детективов, а сами отправимся в музей, там нужно еще кое с кем переговорить и поосмотреться. Этот Гарри настоящий сетевой гений. Если случится что-нибудь особенное, он тотчас свяжется с нами. И он же доставит вас в отель в любой момент по вашему желанию. А вечером мы еще с вами увидимся, чтобы обсудить текущие дела.

Я заказала сандвичей для Клем и составила ей компанию до половины третьего, когда в моем офисе после своего выступления в суде наконец появился Гарри Хинтон.

Представив их друг другу, я рассказала Гарри о том, что мы задумали.

— Еще одно письмо от Евы Дрекслер, — объявила Клем, пока я подписывала ордера на обыск, устроившись за столом Лауры. — В предыдущем послании я сказала ей, что слышала от одного нью-йоркского знакомого, будто она вместе с Тибодо и Беллинджером посетила Британский музей. И что когда я попыталась выйти на них, чтобы расспросить о Катрине, то в списке участников форума, на который они прибыли, обнаружила подпись самой Катрины.

— Хороший ход, — одобрила я. — И что она ответила?

— Просит не сообщать об этом полиции до того, как мы с ней не встретимся.

— Значит, Тибодо еще не передал ей, что мы уже в курсе.