|
Джо слышал доносившееся с кухни громыхание кастрюль, затем вошла сиделка, катя перед собой скрипучую металлическую тележку, покрытую свисающей почти до пола скатертью.
— Еда для пациентов "Заботы", — сказала Эула. — Мало кому из них можно плотно поесть. Их кормят рано, затем дают лекарства и укладывают спать.
Джо передернулся.
Дилон смотрела, как сестра в белой униформе укатила тележку в сторону приемной. Вскинув голову и притворяясь, что чешет руку, она продолжала выглядывать из дверей патио.
Но лишь когда Эула ослабила хватку и начала похрапывать Дилон взяла Джо на руки и направилась к патио. Она последний раз бросила взгляд на Эулу Вимс – та мирно посапывала приоткрыв рот.
Отодвинув стеклянную дверь, Дилон выскользнула в огороженный садик, где солнечные пятна чередовались с рваными заплатками тени. Джо с удовольствием втянул свежий воздух.
Вдоль всех четырех сторон дворика тянулись стеклянные двери, в них отражался лиственный узор. Большинство дверей были открыты легкому ветерку. В некоторых комнатах горели лампы, в других разноцветно мигали телеэкраны. В угловом помещении было темно, стеклянные двери задвинуты и прикрыты изнутри тяжелыми портьерами. Дилон перехватила кота покрепче, прижала к плечу и быстро направилась к бывшей комнате Джейн Хаббл.
Глава 13
В холмах Молена-Пойнт семейство Мартинес собралось у бассейна. Хуан и Дорис Мартинес сидели за столиком под зонтиком, укутавшись в толстые махровые халаты, с их волос еще стекала вода; дети по-прежнему плавали, легко скользя в пахнущей хлором воде. Жесткое полуденное солнце смягчилось, уже протянулись длинные тени. Несмотря на холодный ветер, весенний день был ясным, а вода в бассейне приятно теплой – ее круглый год нагревали до температуры двадцать шесть градусов. Супруги потягивали кофе, который Дорис наливала из термоса, и наблюдали, как десятилетний Рамон и семилетняя Хуанита плавают из конца в конец длинного бассейна – без всяких усилий, словно пара юных дельфинов. Взрослые уже выполнили свою обычную норму, составлявшую для Дорис около двадцати, а для Хуана вдвое больше кругов. Дети же могли плескаться, пока не проголодаются.
Мартинесы очень внимательно отнеслись к сообщениям о домашних кражах. Времена меняются, и теперь даже в таких городках, как Молена-Пойнт, нужно быть начеку. Поэтому они оставили незапертой лишь ту дверь, что вела из внутреннего дворика в дом, да и то лишь потому, что она все время была на виду. Они увлеченно обсуждали предстоящую забастовку водителей грузовиков, которая наверняка задержит доставку оконных и стеновых блоков для компании Хуана, занимавшейся сборкой соляриев. Это, в свою очередь, сорвет график строительства, и маленькой фирме придется наверстывать упущенное до самого нового года, а то и дольше, смотря по тому, сколько продлится забастовка.
Пока старшие Мартинесы были заняты обсуждением иных возможных источников дохода на ближайшие месяцы позади них во двор беззвучно вошла женщина и проскользнула в стеклянную дверь; мягкое шуршание отодвигаемой двери потонуло в рокоте проезжавшего в это время почтового грузовика.
Войдя в дом, она оказалась в большой, уютно обставленной гостиной среди кожаной мягкой мебели и орехового дерева мягких тонов. По толстому пушистому ковру она прошла в прихожую и быстро поднялась по лестнице – ей больше нравилось начинать с верхнего этажа. Обычно, пока люди находятся во дворе или у бассейна, у них на комоде можно обнаружить бумажник, а иногда дамскую сумочку. Порой сумочка лежит на кухне, туда она заглянет позже. Поднимаясь по ступенькам, она подумала, что надо бы съездить в Сан-Франциско. Ей не хотелось надолго оставлять у себя краденые вещи. Она хотела поскорее сбыть опасный товар, кроме тех немногих вещичек, которые оказывались Такими восхитительными, что она не в силах была с ними расстаться.
Она оставляла их на память, как сувениры. |