— Я не сомневаюсь, она будет спать, пока мы не вернемся, — сказал он и, обращаясь уже не к Эшвуд, добавил: — Ты же умница и будешь вести себя хорошо, да?

Ответом ему было довольное урчание.

— О, Господи! — поморщилась Марджори. — Когда мы окажемся в сельве, у тебя появится прекрасная возможность перекинуться парой слов со змеями и пираньями.

— Что я и сделаю с удовольствием, если они окажутся более приятными собеседниками, чем ты, — огрызнулся он.

— Давай-ка одевайся и пошли, наконец! Они попытались сначала навести справки в отеле, потом в представительстве Американ Экспресс, которое располагалось неподалеку от отеля, на другой стороне улицы, но, в конце концов, они обегали весь город, пока какой-то говорящий по-английски полицейский не подсказал им обратиться в Организацию по Охране Южной Сельвы, офис которой располагался в центре города на Пласа де Армас.

Несшийся по коридору с пригоршней слайдов научный сотрудник Организации по Охране показал им нужную дверь.

В комнатке проводников был немыслимый беспорядок.

Снаряжение и книги лежали навалом на ободранном столе у окна, мешая посетителям созерцать вид древнего собора на противоположной стороне Пласа де Армас. Телефон и дряхлая печатная машинка опасно соседствовали на самом краешке стола.

Единственным обитателем комнаты оказался смуглый молодой человек с живым взглядом, тонкими чертами лица и мягким голосом. Он показался им слишком уж молодым для столь опасной профессии, но выбора у них не было. Молодой человек превосходно говорил по-английски, что и следовало ожидать от проводника.

— Вы выбрали не самый удачный момент, — сообщил он своим посетителям. — Сегодня мне нужно срочно лететь в Лиму для осмотра нового снаряжения, закупленного нашей Организацией. Я не рвусь идти с вами в сельву.

— Сколько мы должны заплатить, чтобы ты не летел в Лиму осматривать новое снаряжение, сынок? — Эшвуд искрометно добавила что-то на испанском.

Картер с удивлением посмотрел на нее. Проводник ответил на родном языке. Пока они торговались, Картер оглядел комнату и обнаружил стопку фотографий восемь на десять: заросли в джунглях, черный аллигатор с хвостом дракона, две немыслимо огромные выдры, дремлющий на дереве ягуар…

После того как, по всей видимости, Эшвуд и проводник договорились о цене, последовали крепкие рукопожатия и бурное выражение взаимных симпатий. Картеру было объявлено, что теперь они с Эшвуд должны полностью довериться опыту и смекалке человека по имени Игорь фон Маннгейм де Сото.

— Ты на самом деле собираешься идти в джунгли с проводником по имени Игорь? — прошептал Картер Марджори.

— Ты слишком долго прожил в Лос-Анджелесе, — ответила Эшвуд. — Южная Америка не более однородна в этническом отношении чем Северная. У этого парня предки были немцами и русскими. Но меня его компетентность интересует больше его генеалогии.

— Ты не говорила мне, что знаешь испанский! Она пропустила его замечание мимо ушей.

— Он сказал, что родился и вырос в Мадре де Диос и потому знает эту местность так же хорошо, как ты Беверли-Хиллз. С пятнадцати лет он ходит в сельву.

— Так и есть, — поддакнул Игорь, скромно молчавший все то время, пока Эшвуд расхваливала его достоинства.

Он молод и полон энтузиазма и немного помешан на сельве. Он пойдет с нами, куда мы захотим, разве не так, сынок?

— Конечно же! Вы сказали, что хотите поискать неоткрытые еще развалины древних городов. Но я знаю, что на самом деле вы хотите. Вы хотите, чтобы я помог вам отыскать Паитити.

Эшвуд разинула рот.

— С чего ты взял, что мы хотим найти Паитити? Игорь уселся на краешек облупленного стола ч усмехнулся.