Я стукнула пальцами по картине рядом с дверью и открыла тайник.

Возможно, Иштван был хорошим генералом, параноиком, примечающим каждую деталь, когда дело касалось внешнего мира, но в штабе вооруженных сил людей он стал ленивым и высокомерным. Он так и не удосужился за много лет сменить местонахождение ключа.

Так осторожно, как могла, я повернула ключ в замке, придерживая платье вокруг ручки, пытаясь приглушить звук.

Щелчок.

Я посмотрела на охранника, сердце бешено билось.

Он не шевелился.

Осторожно я открыла дверь и проскользнула внутрь, тихо закрыв и заперев ее за собой.

Я выдохнула, чувствуя, как мой пульс бешено колотится.

«Тебя не должно быть здесь, Брексли, – сообщила моя совесть, – у тебя будут неприятности. Почему ты сомневаешься в Иштване? Что ты ищешь?» Все эти мысли крутились у меня в голове. Пульс участился, и стук сердца отдавался в ушах, убеждая меня покинуть кабинет и вернуться на прием, притворится, что я накрутила себя. «Ты больше не можешь притворяться, что ничего не знаешь. Это не так. Ты чувствуешь это. Иштван лжет. Ты видела таблетки. Что они делают. Дневник Рапавы», – заявил другой голос в моей голове.

Я облизнула сухие губы и приложила ухо к закрытой двери. Я прислушивалась некоторое время, а потом направилась к книжным полкам – враг бы не заинтересовался ими. На полке стояли книги по литературе, искусству, языкам. В нашем времени очень устаревшие. Я потянула одну из книг, нащупывая крючок – конструкция сдвинулась. Обманка, скрывающая сейф, встроенный в стену.

Кейден намекал, что у Иштвана намного больше тайников, но я знала лишь об этом. Из-за занавески, когда мы играли в прятки, я наблюдала, как Иштван открывал его.

Я надеялась, что Иштван решил не менять здесь код, так же как и снаружи.

Я втягивала воздух через нос, руки дрожали. Я намеренно вломилась в его кабинет, шпионила за тем, кого считала отцом. Кому верила и доверяла. Я могла бы уйти, вернуться к своей роли, стать послушной дочерью и солдатом.

Пот проступил на шее и начал стекать вниз по позвоночнику, во рту пересохло. Я набрала код и задержала дыхание. Часть меня надеялась, что ничего не выйдет и это даст мне повод и оправдание, чтобы уйти.

Щелчок.

Замок открылся, меня сковал ледяной ужас, когда дверца распахнулась. Замерев, я прислушивалась к любому звуку за пределами моего бешено колотящегося сердца. Я ожидала, что Иштван поймает меня.

Паника вскружила мою голову, страх сковал тело. Дрожащими руками я потянулась к стопке документов. Просматривая их, я осознала, что третий лист я видела на днях. Я потянулась к файлам, сердце выпрыгивало из груди, тревога сковала меня.

Во второй папке почерком доктора Карла лежала записка.

Результаты Брексли Ковач. Я проверил все трижды. Нужно поговорить.

Дрожащими пальцами я открыла файл. Бо2льшая часть была написана медицинскими терминами. Я не понимала, хотя отклонения доктор выделил. Я внимательно просмотрела сноски.

С последнего тестирования уровень иммуноглобулина М утроился. Чем больше я экспериментировал, тем выше были результаты. Каждый раз тело будто пыталось защитить ее. Ни один человек не может такое выдержать. Мисс Ковач должна быть мертва. Но у нее нет никаких признаков того, что отказывают органы. Она кажется здоровой и сильной.

Примечание: недавние раны, которые были в день ее возвращения, затянулись так, будто им несколько недель.

Нам необходимо поговорить наедине. Этому может быть только одно объяснение.

Ужас сковал меня, выбивая кислород из легких. Я впилась ногтями в стол, пытаясь вдохнуть.

«Они знают, что ты ненормальная», – заявил голосок у меня в голове.