Показался дорожный знак – до Бриксхолла оставалось всего несколько миль. Сама не понимая почему, Глэдис вдруг заволновалась. Спокойно, приказала она себе, волноваться просто глупо. Это всего лишь дом. Большой, красивый дом с видом на озеро, как говорит Сандра. Уединенная, тихая гавань, где она сможет собраться с мыслями, привести в порядок чувства и при этом насладиться покоем, будучи уверена, что никто ее здесь не побеспокоит. Никто, кроме Сандры, не знает, куда она поехала.

Разумеется, это была идея Сандры – чтобы она ненадолго сбежала именно сюда, в Бриксхолл. Дом все равно пустует, сказала она, никто им не пользуется. Джеффри уже давно покинул свой уединенный приют и переехал жить в более теплые края. Ему по наследству досталась вилла в Венесуэле, на берегу реки Ориноко, мимоходом пояснила она, не вдаваясь в подробности от кого. И так как Гамильтоны утратили свою былую значимость и богатство, то оказалось проще и дешевле жить за границей.

Глэдис знала, что когда-то Гамильтоны были богаты. Они вкладывали деньги в рыболовецкий промысел и добычу серебра. При дедушке Джеффри, Роберте Гамильтоне, империя процветала, но его сын, отец Джеффри, как и он сам, оказались плохими бизнесменами, и при них дело пришло в упадок. Тем не менее для Сандры, в семье которой кроме нее было еще четверо детей, брак с Джеффри Гамильтоном стал большой удачей. По-видимому, Джеффри поразила броская красота Сандры и, несмотря на разницу в возрасте почти в двенадцать лет, он женился на ней. А поскольку родители его к тому времени уже умерли, никто не препятствовал этому браку.

Внезапно из-за поворота, который делала дорога, показалось озеро, и Глэдис, забыв обо всем, залюбовалась этой величественной картиной простиравшейся до самого горизонта серебристой гладью. Погода стояла погожая и тихая, и озеро было спокойным, но она читала, что в ненастье оно может быть бурным и очень опасным. Здесь было так безлюдно и даже сурово, но все это как раз соответствовало душевному настрою Глэдис. Сандра была права, когда говорила, что она найдет здесь, вдали от шума и суеты, покой и забвение, и Глэдис была благодарна ей хотя бы за то сочувствие, что побудило ее предложить Глэдис пожить в своем доме пару недель.

По правде сказать, отношения Глэдис с Сандрой Гамильтон были довольно странными. Глэдис работала бухгалтером в музыкальном театре, звездой которого была Сандра. Будучи мелкой служащей, она не имела возможности часто встречаться – тем более общаться – со знаменитостями, но однажды дядя Шеймус, отцовский кузен, пригласил ее на званый вечер, где она и познакомилась с Сандрой Гамильтон.

С самого начала Сандра потянулась к ней, одарила своим расположением. Возможно, дело было в том, что светловолосая, с бледной кожей и большими серыми глазами миловидная Глэдис чем-то походила на нее саму – точнее, казалась ее бледной копией; может, слабое здоровье Глэдис вызывало в ней сострадание, а может, в то время Сандра еще не слишком твердо стояла на ногах и откровенное восхищение Глэдис льстило ее самолюбию. Как бы то ни было, они подружились, и Глэдис, которая была на четыре года моложе, стала, сама того не желая, ее наперсницей. Несмотря ни на что, она по-своему любила Сандру, хотя и не всегда приветствовала ее попытки вмешиваться в свою жизнь. Тем не менее именно Сандра помогла ей увидеть Кайла в истинном свете и вот теперь предоставила ей возможность побыть одной, прийти в себя…

При мысли о Кайле у Глэдис задрожал подбородок. Поначалу она никак не могла поверить в то, что это произошло. Кайл казался таким уверенным в себе, в своем чувстве к ней, он столько раз говорил ей о своей любви. Они даже обсуждали, когда и где поженятся. Но однажды в разговоре Сандра вскользь упомянула, что у Глэдис больное сердце, и Кайл стал выдумывать различные предлоги, чтобы не встречаться с ней.

Внезапно на ветровое стекло упало несколько крупных капель дождя, и, отогнав невеселые воспоминания, Глэдис постаралась сосредоточиться на дороге.