|
— Доброе утро. Игорь стоял на пороге и улыбался. В отличие от меня, на нем была свежая рубашка, волосы аккуратно расчесаны. — Доброе утро, Игорь, — улыбнулась в ответ мать. — Как спалось? — Все замечательно. Парень зашел на балкон и прикрыл дверь. Выглядел он неважно, хотя и пытался бодриться: глаза красные, под глазами синяки. Игоря мать знала, я пару раз про него рассказывал. Правда, воочию видела впервые. С вечера, а точнее с ночи, разговора не вышло. Сил у нас хватило лишь на то, чтобы вползти на нужный этаж, достучаться, попадать и уснуть, где попало. Поэтому познакомиться толком не успели. — Не знаете, сколько сейчас времени? — вежливо поинтересовался Игорь. — Все часы встали. — Мать снова помешала макароны и сочла, что они разварились достаточно. — Так, выйдите оба, мне надо воду слить. — Дай, помогу… Я попытался перехватить кастрюлю, но не тут-то было. — Иди банки открывай, — присоветовала мать и вытолкала нас с балкона. — Слышал, — бросил я Игорю, — иди, открывай банки. — Ага, разбежался. Тебе сказано, ты и открывай. — Наглый, как танк. Ладно, пошли, что ли, на кухню, вытащим стол. — Куда вытащим? — не понял Игорь. — На середину, куда! Нас теперь семеро. У стены будет тесновато. * * * — Всё, теперь можно лечь и помереть. Сан Саныч откинулся на спинку стула и блаженно улыбнулся. — Типун тебе на язык, — обронил отец Владимир и поднялся из-за стола. — Благодарю, хозяйка. — Вам спасибо, батюшка. Перед едой мать попросила священника благословить пищу. Я следил за ними с кислым видом. Церковь не вызывала у меня отторжения, как у Игоря. Православию я даже симпатизировал. Но все эти ритуалы перед едой… Как в кино, честное слово. Ел, тем не менее, с удовольствием, да и не я один. Консервы оказались вполне годными, и я второй раз с теплотой вспомнил пару, пожелавшую купить у нас плот. Макарон мать сварила два пакета, тем не менее, смели всё да еще доели пряники. Выглядело это расточительством, но после вчерашнего организму нужно было хоть немного восстановиться. К концу завтрака вернулся отец. Получил свою порцию и немедленно присоединился к застолью. Я снова взял командование в свои руки: — Значит так, мы тут застряли надолго, поэтому сначала надо подумать о хлебе насущном. Где вертолётка знаете? — Здесь есть аэродром? — удивленно спросил Сан Саныч. — Да нет, вертолетная площадка. Это просто название. По сути, местечко для отдыха, вроде парка. Лавочки, кафе — всё рядом с обрывом, с видом на Волгу. Оттуда к воде кратчайший спуск. — Я знаю, — отозвался Игорь. — Я тоже, — сказала Ника. — В общем, я сейчас на огород, посмотрю. Точнее, что от него осталось. Если повезет, соберу чего-нибудь. Заодно пройду через центр, гляну, что тут как. А вы пока давайте, как в сказке, воды натаскайте да дров нарубите. — Экий умник, — крякнул Сан Саныч. — Надо о наводнении в Самаре властям рассказать. Полиции, пожарникам, администрации, МЧС, — пробормотал Игорь без особого энтузиазма. Было видно: он и сам не верил, что от этого будет толк. До суши-то мы доплыли, но Управленческий хоть и находился в менее бедственном положении, чем Самара, свободными людьми и ресурсами не располагал. И надеяться, что здесь немедленно создадут бригады, которые рванут в город спасать от наводнения людей, не приходилось. — Я поспрошаю, — успокоил я совесть Игоря. — Если тут и правда народное ополчение, центр они должны контролировать. Там и магазины, и рестораны. — Я с тобой, — вызвалась Ника. Я хмыкнул. |
