Просто пнутый — козёл, так ему и надо. А вот бедолаге, зависшему в клешне, не позавидуешь. Нет, я его не раздавил. Просто я им… помахивал и даже дома ломал. Гравкомпенсатор гравкомпенсатором….

— Буэээ… — бодро прервал мои размышления канал от зажатого в клешне.

— О, жив и зашибись. Ты это, ложемент отстреливай давай, достало тебя таскать. Отпустить не могу, нагадишь ещё, — с некоторым сомнением, учитывая тип «признака жизни» уточнил я. — Не могу в общем. Всё, пошёл отчёт десятисекундый и врубаю резак, — для наглядности похлопал я заслонкой.

— Буэээ, — согласно ответило мне, а через пяток секунд ложемент отстрелился.

И в тот же момент, фактически в один миг с пропадением из тактической схемы значка последнего недокраба, арену сотряс гром артиллерии Помидора.

Молодец виконт, отметил я дымные облака, «причёсывающие» здания, в местах, куда щеманулись укрывающиеся от психованного меня вражины.

Так, это зашибись, а что у нас баронет Сбитень делает?

А баронет жёг, в самом прямом смысле слова. То есть, прикрытый Эгидой, он с упорством, заслуживающим лучшего применения, выжигал «углеродные наниты», заодно и расчищая от зданий сектор обстрела.

Вообще — не так глупо, просто времени не хватило, отметил я неутешительные пятнадцать процентов боезапаса Искусницы.

Ну, тут опять вопрос про «если бы» в реальной жизни, просто наоборот. Так, Игла с Куньими уже не меня позицию отстреливают разбегающихся и пытающихся сныкаться вражин. Ну, от крупного помидорского калибра тут хрен укроешься, если что похоронит под зданием, хмыкнул я.

— Пойду разберусь с Паладином, пока наниты остались, — оповестил народ в боевом чате я. — Вы пока развлеките вражин, чтоб не мешались.

— Развлечём. Угу. Слушаюсь, синьор капитан, — было мне ответом.

Ну и попёрся я к занимающемуся сносом бетонных конструкций баронетом. Пританцовывая и, чтоб его, прихрамывая! Вот блин, пнул бы этого паразита мелкого ещё раз, но хрен его обломки найдёшь.

Организации вражины, по сути, лишились. Ну а наши жгли, так что до баронета я дотанцевал бед проблем. Ближе пятидесяти метров я, на всякий, не приближался, но стал крабить приставным (и хромающим, чтоб его!) шагом вокруг парочки из Лоладина с Эгидой. Баронет Компот уныло попыхал пафосными лучами в мой адрес, но, как понятно, не достал. А вот пилот Эгиды удивил. Не неприятно, скажем так — нейтрально. И «уважать себя заставил», невзирая ни на что слабые роторники, конечно, против Рекскесера — смешно, но стрелял как проклятый, причём старался выбить сенсоры и оружие, вёл стволы довольно метко. Впрочем, опасности это не представляло. А я, наблюдая за отклоняемыми полем, с заметными глазу разрядами статики снарядами разгонника, приплясывал и прикидывал — что раньше кончится: у меня бозапас и придётся рисковать с новыми и модными резаками, против кастрированных лазеров баронета, или у Эгиды наконец-то полетят эмиторы и вражинам звиздец?

Впрочем, вышло, что не то, не то — Палладин замер, открывая ложемент, а когда я перестал стрелять отключила щит и Эгида.

— Вы победили, лорд Форфис, признаю своё поражение и прошу прекратить избиение.

— Отбой стрельбе. Но приглядывайте, — бросил я в боевой чат, после чего переключился на общий канал. — Принимаю вашу сдачу, баронет. Ваш Дом имеет претензии к Дому Форфис?

— Нет, лорд Форфис. И я в указанном…

— Да не смешно нихрена уже, баронет! — старался не заржать я. — Повторяю, я ФИГУРАЛЬНО послал вас нахуй! Фи-гу-раль-но! Не хотите — не ходите, блин. А хотите — ходите, но не хрен меня в ваши извращенства впутывать! Лучше ответьте на один вопрос.

— Какой, лорд?

— Ваши одноразовые дроны РЭБ.