— Кому нужна твоя чертова доброта! Но я буду тебе весьма признателен, если ты позволишь узнать, что происходит.

— Ничего необычного, — ответил Скинк, — нехорошие парни нам всем коллективно дают под зад коленом.

— Мы нашли мертвое тело на мосту, парень по имени Энжел Гавирья. Ты знаешь об этом, не так ли? — полицейский не стал дожидаться ответа. — Коронер говорит: самоубийство или несчастный случай, но я там был и думаю, что это не то и не другое. Покойный был хорошо известным «ведром с помоями», а у них никогда не хватает приличия, чтобы убить самих себя. Обычно кто-то другой оказывает им эту честь.

— Джим, мы живем в бедовые времена.

— На следующий день я тащил синий «Форд-Седан», который слетел с моста на скорости 86 миль в час, не считая того, что он был фэбээровский.

— ФБР? — оживился Скинк. — Здесь?

— Его звали Хоукинс. Он показал удостоверение, и мы с ним поболтали. Работает по делу о Волшебном Королевстве. Разбирается с исчезнувшими крысами с синими языками. — Джим лениво усмехнулся. — Да, теперь ФБР занимается тем, что допрашивает Эльфов, Ковбоев и Сказочных Принцесс. Я не думаю, чтобы ты мог просветить меня по этой части.

Скинк был удовлетворен, что в ФБР обратили внимание на события в Северном Кей Ларго. Он сказал:

— До меня доходят только обрывки информации.

Джим наклонил лицо к переднему кондиционеру; его щеки почувствовали приятную прохладу. Он передал по рации диспетчеру в Майами, что заканчивает дежурство.

— Я устал, — сказал он Скинку.

— Я тоже.

— Послушай, — произнес полицейский, — я не буду спрашивать о мертвом парне под мостом и об аварии грузовика, перевозившего тело кита…

— Я не знаю, что можно сделать с дохлым китом.

— Это ладно. Но как насчет тех бульдозеров? Ты в курсе? — Скинк посмотрел на него вопросительно.

Джим рассказал, что днем случилось на строительстве в Фалькон Трейс.

— Они ищут парня, который раньше работал в Королевстве. Говорят, он наломал там дров. И вроде бы, ан с оружием.

— Правда? — Скинк задумчиво подергивал бороду.

— Ты знаешь этого человека?

— Возможно.

— Так ты, возможно, мог бы передать ему, чтобы он заканчивал это дерьмовое дельце, пока не поздно?

— Уже поздно. Сукины дети бьют даже беззащитных стареньких леди.

— Черт побери, — полицейский уставился в окно машины. Три москита, прорвавшиеся внутрь, закружили вокруг его головы. Скинк подался вперед и поймал их. Потом открыл окно и выпустил их в густую ароматную ночь.

Джим сказал:

— Я беспокоюсь за тебя.

Скинк усмехнулся:

— Единственное хорошее событие.

— Может быть, я тебя вытащу, когда все закончится.

— Нет причин. Никто не видел, как я сделал это, никто не нашел оружия. Они даже не продержали меня ночь.

— Да, не продержали, — произнес Тайл, — потому что я им сказал.

Улыбка Скинка исчезла. Джим сказал:

— Они тебя не будут пасти, конечно. Но я мог бы вывести тебя из дела на месяц или два. Пока все не утрясется.

— Зачем? Ты же знаешь, что я прав. Ты знаешь, что то, что я делаю, правильно.

— Но не стрельба по наемным автомобилям.

— Ошибка суда, — согласился Скинк. — Но я же сказал, что мне жаль, видит Бог.

Джим положил руку на плечо друга:

— Я знаю, что ты считаешь, что это правильно и этого требует дело.