|
Как бы это смешно не казалось, но рожденные летать ползали из рук вон плохо. Пугзы были парнями смелыми, но на дух не переносящими насилие, на гашетку надавить и убить живое существо они не могли ни при каких обстоятельствах. Даже перед риском самими быть убитыми. Поэтому, кстати, пугзы своих мечтателей не линчевали, а заваривали в спасательных капсулах и выкидывали в космос. Оставляя при этом рабочий аварийный маяк. Что облегчало их совесть, типа они не казнь осуществляли, а всего лишь высылку нежелательных для своего общества персон.
Летяг пришлось вооружить легкими наспинными излучателями. Тяжелую пушку в полет они физически взять не могли. И толку от этих излучателей было немного. Даже на глазок было видно, что механидов они только что пощекотать могли.
— Не хочу показаться пессимистом, но штурмовики из нас такие себе, — напомнил Егор другу.
— Не хочу показаться оптимистом, но ты про кое-что забываешь, — Семенович переключился на командный канал, — «Дерзкий» выдвигайтесь к «Ласточке»!
— Так точно! — откликнулся эсминец.
— Если механиды начнут пробуждаться — бахнем по ним из «коротыша»! А потом еще раз бахнем — для верности, — Семенович решил воспользоваться тем, что пиратский флот оставался недвижим, — мы сейчас можем одним выстрелом сразу всю банду накрыть. Истребители эвакуируют Рыжика и, если найдем, Питера. А потом раздолбаем всю эту богадельню главным калибром «Кирова». Как тебе такой план, а?
— Хороший, вот только… мне кажется или у них один фрегат отчаливает?
— Как отчаливает? Точно! Стрелка — перехватите фрегат, который начал движение! Долбите его всем, чем только можно, пока мы не подойдем! «Дерзкий» — полный вперед! Полнейший!
— Не беспокойтесь. Это мы. Мы возвращаемся, — появился в эфире Рыжик.
— Кто это мы?!
— Я. И Питер. И у нас есть послание.
Глава 4
— Рыжик! Включи видео! — потребовал Семенович, ожидая какого-то подвоха.
Тот включил. В рубке управления не было освещения. Механиды обходились без него. Но в мерцании экранов можно было различить два силуэта. Один мелкий, пушистый, сидящий на панели управления. Другой — двуногий прямоходящий. Он помахал рукой и сказал:
— Здравствуйте Егор! Здравствуйте Григорий! Боже, как я счастлив, — тут голос у Питера сорвался, и он с трудом продолжил, — как я счастлив, вас видеть!
— Мы тебя тоже, дорогой! Давай быстрее к нам на борт, — ответил ему Григорий и тихо пробормотал Егору, отключив связь, — их надо проверить.
— В смысле?
— Ну пугзам ничего не стоило создать свои копии. Механиды тоже могли собрать биороботов. И послать их к нам. Поэтому и освещение на мостике у них выключено. Вот только как их проверить? Скальпелем в руку ткнуть?
— Есть вариант! — подорвался с места Егор.
Чудом спасенных товарищей он встречал в шлюзе с диагностом. Тот выдал, что Рыжик это пугз и что он находится в отличной физической форме. Но мечтатель, поэтому медицинский диагност порекомендовал его усыпить, чтобы он не мучился. Питер оказался человеком в крайней степени истощения. Как морального, так и физического.
Похудевший килограмм на двадцать пивовар с усилием выдавил из себя «привет» и рухнул, как подкошенный. В чувство его привести не удалось, поэтому Егору пришлось его на себе тащить в медотсек «Кирова». После того, как Егор передал вырубившегося Питера в заботливые стальные руки аквтодока, он привалился к стене, чтобы отдышаться.
— Послание, — напомнил пугз. |