Изменить размер шрифта - +
Это вполне удовлетворило Вектора.

– Но на личную встречу я пригласил вас по вполне конкретному поводу. – Он достал из внутреннего кармана пиджака сложенный вчетверо листок бумаги. – Это список из шестнадцати фамилий. Вы должны найти этих людей и доставить их на вашу секретную базу на Карельском перешейке. Большинство из них – военнослужащие, имеющие или имевшие отношение к подводным силам нашего флота. Кажется, только двое – гражданские специалисты, занимавшиеся разработкой и внедрением новых систем связи с субмаринами. Возможно, некоторых уже нет в живых. Ну да вам не составит труда это выяснить. Главное условие, чтобы их «изъятие» из повседневной жизни было предельно правдоподобно мотивировано и сохранялась реальная возможность через какое-то время вернуть всех обратно к своим служебным обязанностям. Я подчеркиваю, Генерал, что это очень ответственная задача, на которую вам отводится не более десяти суток. Справитесь?

Вопрос был риторический, и Генерал только поинтересовался:

– В «работе» с этими людьми я могу ссылаться на важные государственные интересы и отдавать подлежащие исполнению приказы?

– Безусловно! В случае крайней необходимости по вашему запросу я организую в соответствующих инстанциях любое официальное подтверждение на самом высоком уровне. Впрочем, если вам будет удобнее осуществлять силовой захват, не церемоньтесь. – После короткой паузы Вектор заметил: – Я рад, Генерал, что вы не засыпали меня ворохом никчемных вопросов относительно конкретно преследуемых целей. В свое время вы будете посвящены во все подробности дела. Думаю, что этим людям предстоит провести на базе несколько недель, пока с ними будут работать наши специалисты. Пожалуйста, позаботьтесь о размещении, ну и, разумеется, об охране. Хотя, вам, конечно, излишне напоминать об этом.

Генерал вновь солидно кивнул, пряча флешку и список во внутренний карман пиджака.

– Что ж, не стану больше задерживать. Мой секретарь проводит вас до автомобиля. – Не вставая, Вектор протянул руку. – Прощайте!

Когда Генерал повернулся к выходу, у бесшумно приоткрытой двери его уже поджидал невозмутимый молодой человек.

 

 

Галина позвонила ему накануне вечером. Она не любила разговаривать по телефону, предпочитая лаконичный информативный стиль общения. Поэтому журналист понял лишь, что неожиданно возникшие проблемы касаются не лично Алексеевой, а кого-то из ее немногочисленных друзей. Последнее время Гера редко виделся с девушкой. Сам он безвылазно пребывал на даче, погрязнув по уши – по его собственному выражению – «в мутном болоте творческого вдохновения».

Девушку же, наоборот, практически невозможно было застать дома: она устроилась на работу референтом-переводчиком в Министерство иностранных дел, и ее, как молодого специалиста, сразу начали беззастенчиво эксплуатировать для сопровождения многочисленных иностранных делегаций, которые «лезли в Москву, как мухи на мед»! С самого раннего утра Галя, сбивая каблуки, моталась по столице, и лишь поздним вечером приползала в свою однокомнатную квартиру в центре, чтобы наспех принять душ и на несколько часов провалиться в глубокий без сновидений сон.

– Неважно выглядишь, Галчонок. – От пристального взгляда журналиста не укрылись ни тщательно припудренные круги под глазами, ни появившиеся складочки в углах красиво очерченного рта. – На кой ляд сдалась тебе такая работа на износ? Могла ведь заниматься переводами в благородной тишине какого-нибудь респектабельного особняка… Живого общения захотела? У тебя его что, в прошлой жизни недоставало, а?

Девушка угрюмо молчала. Ее мысли полностью совпадали с мнением Талеева. И даже простирались еще дальше, вплоть до скорого увольнения.

– Понимаешь, Гера, в нашей прошлой жизни я могла не спать неделями, совершать 100-километровые марш-броски, скакать по горам, как архар, а сейчас…

– Ты всегда была больше похожа на грациозного и смертельно опасного ирбиса.

Быстрый переход