– Запей! Ну. живо… Вот так…

– М-мерси…

Кашель прекратился не сразу, но все-таки. С благодарность, взглянув на Сержа. Аньез улыбнулась – вот только улыбка вышла какой-то жалкой, неискренней, словно бы девушку застукали за каким-то неблаговидным делом.

– И часто у тебя так? – сев рядом, Сергей обнял Агнессу за плечи, заглянул в глаза.

Та угрюмо кивнула:

– Бывает… Сейчас пройдет… прошло уже.

– Все ж завязывала бы ты с куревом!

– Да вовсе не от табака это!

– А ты доктор, что ли?

При слове «доктор» девушку почему-то так передернуло, что Серж поспешил снова подать ей стакан с водою.

– Попей!

– Вина налей лучше… Ага… Ну, вот…

И впрямь, Аньез быстро оправилась, бледные щечки ее порозовели, на губах заиграла обычная обворожительная улыбка. Все ж красивая девчонка, очень!

– Ты что так смотришь? Влюбился?

– И что? – стажер все же смутился, потянулся к вину. – Просто ты как-то не на четырнадцать выглядишь.

Агнесс расхохоталась:

– Ты вообще меня слушаешь? Или только на ножки смотришь?

– Почему? Не только…

Молодой человек медленно спустил край халатика с атласного плечика Аньез, поцеловал, погладил быстро твердеющую грудь… Блестящий голубой шелк бесшумно стек на пол…

– Ах…

Девчонка завелась сразу же, с пол-оборота…

Заскрипела тахта… и сосед-извращенец напротив, вероятно, был сейчас очень доволен!

– Ну, вот, – вернувшись из ванной, Аньез нырнула к Сержу под одеяло. – Там, на рю Севест, это была моя первая квартира! Мансарда под самою крышей, летом жарища, осенью и зимой – зуб на зуб не попадал. Туалет в конце коридора… Зато, кроме меня – никого!

Девушка потянулась к сигарете, и Сергей тихонько стукнул ее по руке:

– А ну-ка, брось! Не кури так много…

– А ты знаешь революционный лозунг? – покусав губу, хитро улыбнулась красотка. – Ilestinterditd’interdire! Запрещается запрещать.

– Разве я могу тебе запрещать, Ань? – молодой человек поладил девушку по спине, пощекотал «дельфинчика» под правой лопаткой, пробежался по позвоночнику пальцами…

– Ой, как приятно, – Аньез зажмурилась, вытянулась. – Сейчас замурлыкаю – мурр, мурр… Ладно, уговорил. Пожалуй, не буду курить. И правда – лучше выпьем!

Она совсем не пьянела, да и чего тут было пьянеть – с бутылки красненького сухого «бордо»? Правда, была еще одна. Да и винный магазин – рядом.

– Чин-чин! За нас.

– За нас! Так вот, я и говорю, – поставив бокал, продолжала девчонка. – Я тут четыре года уже… То есть мне девятнадцать скоро! А по паспорту – вообще двадцать три. Нет, ты прикинь только?! Двадцать три! Жесть!

Стажер давно уже осознал свою ошибку, глупую и наивную. Он-то искал четырнадцатилетнего подростка, а вовсе не утонченную французскую мадемуазель! Хорошо, хоть нашел. Впрочем, хорошо ли? Выбраться бы домой… Или… все же торопиться не стоит? А дома… что сказать на работе начальнику? Ладно, придумается что-нибудь…

– Да, я один раз пробралась в свою старую жизнь… Просто захотелось. Зашла в дом на рю Медичи, оставила консьержу визитку с услугами. Потом просто зашла – меня уже ждали.