Изменить размер шрифта - +
Я за тобой наблюдала.

— Не будет ли лучше, — предложила я, — если мы перестанем следить друг за другом и займемся своими делами? Например, ты сейчас сходишь к. Монти и скажешь, что я уделю ему пять минут, если он придет сразу.

Сондо ухмыльнулась.

— Хорошо, — согласилась она. — Ты поставила меня на место. Проблема заключается в том, чтобы меня на нем удержать.

Она махнула рукой и заковыляла по холлу.

Я вздрогнула. Эта девушка иногда казалась больше похожей на животное, чем на человека. Как Монти удается с ней ладить? Тони Сальвадор, заместитель Монти, ненавидел ее до глубины души; пока шеф отсутствовал, они ладили друг с другом как кошка с собакой, временами устраивая темпераментные стычки, отголоски которых доносились до соседних этажей.

Я вздохнула и устало потерла виски. Чего-чего, а темперамента в магазине хватает. Особенно в служебных отделах. Внизу, в открытых секциях, такую роскошь могут позволить себе только покупатели, но здесь, наверху, всегда проявляется столько таланта и творческой энергии, что посторонний человек под их воздействием просто сошел бы с ума.

Но я здесь не посторонняя. У меня есть работа, и я ее люблю. Всегда стремилась делать дело с наименьшими затратами собственного темперамента. Может быть, поэтому и стала общепризнанным миротворцем, привыкнув играть роль буфера, помогающего спустить на тормозах наиболее взрывоопасные конфликты.

Я не знала, чем была обеспокоена Крис и что она собиралась мне сказать. Я не знала, в какой тугой узел завязывались людские взаимоотношения вокруг моего бывшего жениха, но у меня были недобрые предчувствия. И я сама ощущала себя начиненной динамитом, а играть роль буфера было некому.

Тогда я услышала шаги Монти в коридоре. Я подняла голову и заняла оборонительные рубежи. Я знала Монти. Знала, каким очаровательным он умел быть, если хотел; знала силу его мягких, доверительных слов, способных обезоружить тебя, а потом предать. Мне нечего было ему противопоставить: своих слов у меня сегодня не было.

Сейчас произойдет та самая встреча, мысль о которой преследовала меня с самого утра. Этот момент наступил.

 

Глава 2

 

 

Майкл Монтгомери вошел в кабинет своей обычной уверенной походкой. Он направился прямо, к моему столу и встал перед ним, высокий и светловолосый, глядя на меня сверху вниз. Его лицо свидетельствовало одновременно о силе и о слабости характера; целеустремленность уживалась в нем с чувственностью. Несмотря на свои сорок три года, он был полон жизненных сил.

— Ты хотел меня видеть? — спокойно спросила я. Его карие глаза источали немую мольбу. Когда он смотрел на женщину с подобным выражением, она забывала, что его подбородок не отличается твердостью, а линия рта выдает жестокость.

— Не знаю, как начать, — сказал он. — За последние две недели я часами репетировал этот разговор, подыскивая нужные аргументы и выражения, но вот сейчас ты передо мной — и я не в силах найти хотя бы одно подходящее слово.

Может быть, тебе просто нечего сказать? — предположила я. — Почему бы нам не оставить все как есть? У каждого из нас своя работа, а личные соображения мы можем приберечь для себя.

Но Монти был слишком тщеславен и не мог отпустить меня без затей. Он меня бросил. Женился на другой женщине. Но нуждался еще и в том, чтобы я продолжала подчиняться его воле.

— Когда дело касается нас с тобой, личные соображения рано или поздно вступят в свои права, — произнес он, понижая голос и добиваясь такого звучания, которое, по-видимому, считал неотразимым. Самая печальная сторона дела состояла в том, что в былые времена эти трюки казались неотразимыми и мне. Что никак не свидетельствовало о большом уме и не льстило моему самолюбию.

Быстрый переход