По дороге в бар «Поло-Лаундж» Грег выяснил, что у нее собственный дом на Голливуд-Хиллз. Это звучало многообещающе. Теперь они сидели в баре и пили мартини, и Грег слушал ее излияния. Горестей у нее, естественно, было немало, учитывая, что Белинда была женщина не первой молодости, живущая и работающая в Голливуде. Он смекнул, что, хотя выглядит она здорово (не исключено, что благодаря пластической операции), ей должно быть не меньше пятидесяти.

Они проговорили два часа. Вернее, он позволил ей два часа плакаться ему в жилетку. Белинда выложила все – и как три раза была замужем, и как ее последний муж, в прошлом актер, сбежал от нее с каким-то тренером по плаванию. Затем она поведала, что ее недолюбливает менеджер телеканала, и, наконец, пожаловалась на то, какие усилия ей приходится прилагать, чтобы оставаться молодой и свежей – непременное условие для каждой женщины на телеэкране.

Грег умел изобразить искреннее сочувствие, в нужный момент вставлял комплимент, а когда настало время уходить, Белинда была уже не против, чтобы он зашел к ней и выпил стаканчик-другой. Хорошо известно, чем это кончается.

К тому моменту, как он лег с ней в постель, Белинда уже сгорала от нетерпения – судя по всему, она давно не была с мужчиной. Грег трудился усердно и доставил ей неподдельное удовольствие, потакая всем ее прихотям, так что в конечном итоге у него распух язык. Неважно. Грег Линч знал, как действовать, когда на достижение цели времени отпущено мало, и потому пустил в ход весь свой арсенал.

Кроме его мастерства в постели, эффект был усилен еще и тем обстоятельством, что он являлся мужем Лизы Роман. Грег не сомневался, что Белинда с удовольствием будет хвастаться перед подругами, что заменила ему одну из самых знаменитых женщин в мире.

Грегу было нужно нечто большее, чем одна ночь, и он хорошо знал, как этого добиться.

18.

– Брайан на один день прилетит в Лос-Анджелес, – сообщил Эван по телефону. Он звонил из Юты, где они теперь вели съемку.

– И что же? – спросила Ники. Она была за рулем – ехала забирать подвенечное платье после подгонки. У нее не было никакого настроения говорить о Брайане. Она прочно задвинула его на задворки своего сознания.

– Он заедет к нам, чтобы взять кое-какие бумаги. Лежат в нижнем левом ящике моего стола.

– А почему Брайан приезжает, а ты – нет?

– Ник, ты себе не представляешь, что у нас тут творится. Настоящий бедлам. Более трудных съемок у меня еще не было. Брайан всего на одну ночь летит. Он тебе позвонит. Только ни в коем случае не подпускай его к моему столу! Сама все сложишь в конверт и отдашь ему в руки. И сразу выпроваживай!

– Будет исполнено, сэр!

«Что это, испытание? – подумала Ники. – Господь проверяет, способна ли я себя хорошо вести в присутствии Брайана?» Правда, он ни разу не подал виду, что она ему нравится, зато они выкурили на двоих косячок, да и за столом в тот жуткий вечер пару раз перебросились понимающими взглядами…

Почему же у нее сердце так колотится? И к примерке интерес пропал…

– Ненавижу платья! – пробурчала она. – И вообще, мне непонятно, зачем все эти церемонии.

«Затем, что так хочет мама Эвана. А раз мама Эвана хочет, стало быть, так и будет».

Ларри как будто вознамерился свести Тейлор с ума. То же можно было сказать и об Оливере. Они словно сговорились довести ее до помешательства. Во-первых, Ларри приспичило на ближайшей неделе позвать на ужин Айзека с Дженни – и непременно супругов Рок.

– Дались тебе эти Роки! – вздыхала Тейлор. – Что у нас с ними общего?

– Чтобы приятно провести вечер, вовсе не обязательно иметь много общего со своими гостями, – втолковывал ей Ларри.