Твою ж псину! Они устраивают бои с мертвецами! Вот бл*ть выродки! Ну что же… Это лучше чем драться с людьми (я боялся, что мне в противники назначат Рудого, совсем не хочется его убивать). Главное, чтобы оружие нам дали. Да, хотя бы этот топор.

Рудому принесли его стилет. Я помог пристегнуть клинок к его руке. Мне подали топор кислотника. Его деревянная рукоять вся пропитана кровью. Высохшей и свежей. Много смертей он повидал. Много еще повидает.

Я огляделся. Толпа с интересом разглядывала нас. Жнецы наперебой делали ставки, используя вместо денег какие-то фишки. Похоже, кругляши от покера. Давно у них эта развлекуха… Все идет, как по накатанной.

Кроме стоячих мест в зале оказалась еще одна небольшая трибуна. Она возвышалась над головами чуть ли не под самый потолок. Там на бархатном диване развалился одноглазый толстяк в окружении все тех же девиц. На этот раз они нацепили на свои сексапильные телеса немного одежды: короткие шелковые халаты еле прикрывали их выпирающие прелести.

Барон сидел важно, без суеты и, казалось, без особого интереса к происходящему. Он неторопливо потягивал какое-то элитное пойло шоколадного цвета из фужера на длинной ножке. И лишь завидев нас, оживился. Уселся поудобнее в предвкушении предстоящего зрелища и хлопал хитрыми глазками, потирая масляную бородку.

Под дулами дробовиков нас втолкнули в клетку и захлопнули за нами решетку. Массивный засов отрезал нас от болельщиков. Те уже свистели и улюлюкали, пытаясь нас взбодрить.

— Это наш противник? — Рудый кивнул на зомбака, занятого пожиранием кислотника. Мертвец вытащил у наркомана печень и с громким урчанием жевал темно-коричневую плоть. — Прикончим его. Как два пальца об асфальт…

— Я бы так не обольщался, — покачал я головой. — Этот оживший с прошлого раунда. Скорее всего для нас приготовили других зомби. И что-то мне подсказывает, что их будет гораздо больше, чем двое. Легких побед от нас не ждут. От нас ждут долгой и мучительной смерти…

Быстрым решительным шагом я подошел к скрюченному чавкающему мертвецу и одним взмахом топора рассек ему голову до самых плеч. Его череп развалился на две половины, исторгнув желеобразные мозги наружу.

Толпа недовольно загудела, такая быстрая развязка их явно не устраивала.

— Делайте свои ставки! — заревел вдруг ведущий.

Это был высокий старик с зычным голосом и луженой глоткой. Он умудрялся перекричать толпу даже без микрофона.

— Встречайте! — продолжал ведущий, театрально размахивая руками. — На арене новички. Это их первый бой во славу клана жнецов… И скорее всего последний! Ведь сегодня против них выступает… Сам Голиа-аф!!!

— Да-а-а! У-у-у! — заревела толпа.

Похоже, что на представление собрались все жнецы, кроме часовых, конечно. Сколько их здесь? На вскидку сотни две…

Жнецы оживленно толкались возле букмекерского столика. Барон с интересом смотрел на нас и улыбался. Вот сука! С удовольствием раскроил бы тебе все три подбородка.

Поймав на себе его взгляд, я демонстративно плюнул на пол. Что же ты приготовил для нас, жирный ублюдок? Что за Голиаф, которого все так обожают? Надеюсь, он будет без автомата…

На противоположной стороне распахнулась вторая решетчатая дверь. Толпа отхлынула от освободившегося прохода, а конвойные направили стволы автоматов в ту сторону, где происходило некое действо.

Оттуда послышался рев, больше похожий на рокот, и в клетку ввалилась толпа жнецов с железными шестами в руках.