Из отсека с жилым модулем генерал провел их по длинному коридору, по разным сторонам которого находились многочисленные двери. Затем на лифте спустились в нижний ярус. Обстановка здесь мало, чем отличалась. Те же модули, только более многочисленные и просторные. Дверь каждого из них заперта. Модули связывает просторный холл, в котором несколько человек, в таких же, как у новичков комбинезонах с личным номером на груди, тихо разговаривали, сидя на диванах, стоявших вдоль стены. Кроме диванов в холле также стоял небольшой книжный шкаф и стол с несколькими стульями, за которым играли в шашки двое немолодых мужчин. Пройдя немного дальше, очутились в следующем помещении. Им оказалась большая столовая. Ничего необычного. В ряд стоят столы с расположенными вдоль них лавками. В этот момент столовая оказалась пуста.

— Без изысков, но жить можно, — заключил генерал Громов. — В настоящее время большая часть населения находится на работе. Каждый старается внести посильный вклад в общее дело. Всем находится занятие по силам. Большинство модулей пока еще пустуют, но в скором времени мы рассчитываем заселить их все.

Кроме жилого помещения Громов показал госпиталь, технические помещения, склады с запасами провианта и прочую начинку бункера. В лабораторную зону и зону технической безопасности обычным обывателям входить было запрещено. Громов лишь вскользь упомянул, что они занимаются исследованием вируса, превращающего людей в зомби, и у них уже есть определенные успехи.

Кто-то из присутствующих осторожно поинтересовался у генерала, что служит материалом для исследований, хотя было очевидно — чтобы изучить новый агрессивный вирус, нужен его носитель.

— Можете не беспокоиться, — ответил Громов, — все жители бункера в полной безопасности. Мертвецы, которые отлавливаются для исследований, надежно изолированы. К тому же, у нас здесь не содержатся полчища зомби. Для исследований достаточно буквально несколько клеток.

Люди облегченно вздохнули. Соседство с кровожадными зомби вряд ли бы кого-то устроило.

После тщательного осмотра бункера и знакомства с особенностями быта, Громов собрал всех в небольшом помещении, похожем на зал совещаний, и торжественно произнес:

— Вы все увидели своими глазами. Несомненно, каждый из вас понимает, что бункер надежно защищен от внешней угрозы. Здесь кров, еда… И даже больше… Я надеюсь, вы сделаете правильный выбор и вольетесь в наши ряды. Люди нам нужны.

Последние слова генерал произнес с нажимом, а затем замолчал. В воздухе повисла неловкая тишина. Каждый из присутствующих понимал, что сейчас необходимо принять решение — уйти или остаться. От этого становилось немного не по себе. Сложно вот так разом изменить свою, только начавшую устаканиваться, жизнь. Но прежде всего людям нужна защита, и генерал мог ее предоставить.

— А если нет? — наконец спросил один из затворников — крепкий на вид мужчина средних лет. Кажется, его зовут Эрик. Энн частенько видела его в поселении раньше. Он охранял ворота.

— Вы можете встать и уйти прямо сейчас, — невозмутимо ответил генерал, обведя глазами каждого из присутствующих. — Принуждать вас остаться мы не имеем права.

Люди засуетились, заерзав на стульях, и перекидываясь друг с другом вопросительными взглядами.

Заметив общее оживление, Громов произнес:

— Я думаю, вам необходимо посовещаться, чтобы принять решение. Даю вам десять минут.

С этими словами генерал встал из-за стола и удалился из комнаты.

Мнения присутствующих разделились.

* * *

Пару дней спустя уставшие и измотанные, мы вышли на трассу, что вела до Верхнего Уральска. До города было — рукой подать, но это расстояние казалось бесконечным. Мы были измотаны и голодны, к тому же холод нас почти доконал. Последние дни Зиновьев постоянно кашлял.