— Вы все сделали правильно. Он наверняка бы попытался напасть на вас, — я не стал подливать масло в огонь и уточнять, что настоящие зомби не способны мычать, а лишь издают хрипящие звуки.

А у этого скитальца был отрезан язык, поэтому он ничего не смог произнести, и профессор принял его за мертвеца. Скорее всего, член секты Велиара, тот иногда использовал такие методы наказания для нерадивых послушников. Я слышал об этом, но сам ни разу не видел подобной экзекуции.

В ответ профессор лишь простонал что-то невразумительное и снова закрыл голову руками.

Надо как-то приводить в адекватное состояние боевого товарища, иначе далеко мы не уйдем. Оставаться здесь опасно. И кто его знает, может, неподалеку в лесах могут шнырять и другие апостолы. Эти ублюдки гораздо опаснее ходячих. Нам повезло, что этот одиночка оказался безоружным и обессиленным. Видимо, довольно долгое время бродил по лесу и изрядно отощал.

Я решил оставить профессора в покое на время, помог Акиму развести костер, чтобы приготовить нехитрый завтрак из вчерашнего улова. Профессор от трапезы отказался. Еще немного и придется надавать ему пощечин.

Глава 22

Лилия решила отыскать поселение затворников. Путь предстоял неблизкий, учитывая, что приходилось пробираться пешком. Дорогу до места, где случилась перестрелка, и она сбежала от людей Барона, женщина нашла без труда — за долгие месяцы скитаний научилась отлично ориентироваться на местности. А вот, куда идти дальше — она понятия не имела. Только смутное представление и то, со слов Вела, который по дороге в Верхний Уральск (на вылазке по обмену топлива), в общих чертах объяснил, где живет эта самая община.

В пути женщине удалось разжиться кое-какими полезными мелочами, а главное — теплым пледом, которые она раздобыла в одном из немногочисленных брошенных автомобилей, попадавшихся ей на пути.

Ночи стали уже слишком холодные, поэтому она несказанно обрадовалась, когда обнаружила плюшевый плед, небрежно брошенный на детское автомобильное кресло, как будто тот терпеливо дожидался маленького хозяина. Трупов и крови в машине не оказалось. Размышления о судьбе ребенка вновь испортили ей настроение и напомнили про своих давно потерянных детей, но она тут же отогнала прочь горестные мысли и побрела дальше.

Предыдущую ночь Лилия провела в заброшенном здании, попавшемся ей по дороге. Кирпичные стены просторного помещения, скорее всего какого-нибудь цеха в прошлом, встретили женщину холодом и запахом плесени. Но это было лучше, чем ночевать под открытым небом. Лилия разместилась на втором этаже, он же был и последним, предварительно проверив все остальные комнаты на отсутствие других «постояльцев». Дверей в помещении не было, поэтому она натаскала побольше металлического и прочего гремящего хлама, какой сумела найти, и разместила все это на входе. Чтобы на случай незваных гостей она смогла быстро среагировать. Затем накидала в угол ветоши и картона, валявшихся на полу, зарылась в них как бомж, а сверху укрылась пледом.

Ночь выдалась холодная, дуло из всех щелей. Ночная тишина окутала заброшенное здание, желающих проникнуть внутрь не нашлось, и слава Богу. Но Лилия все равно почти не сомкнула глаз, до рассвета кутаясь в плед и пытаясь согреться.

Утром она двинулась в путь. Пройдя несколько километров, она заметила указатель, который упоминал Вел. Здесь дорога разделялась на две части. Напрягая память, Лилия попыталась вспомнить, куда нужно поворачивать. Вроде бы направо. Поразмыслив немного, она зашагала в этом направлении. Лилия провела в дороге целый день, шла почти не останавливаясь. По дороге ей не попалось ни души: ни живой, ни мертвой. Мест, где можно укрыться на ночь тоже не наблюдалось. Населенных пунктов по близости не было, дорога бесконечно петляла по лесу.

К вечеру на небе сгустились тучи. Дневное солнце, скупо дарившее тепло в октябрьский день, скрылось за облаками.