Велиар отбросил пустой дробовик и начал стрелять из пистолета. Я прижался к стене плечом, выбросил пустой рожок, вставил новый, прихлопнув по нему и пустил ещё очередь. Над головой срикошетила очередная пуля. Сильно воняло порохом.

Не люблю бой в темноте. Я осторожно выглядывал, но не стрелял.

Вспышка очереди!

Я пальнул в ответ. Солдат глухо вскрикнул и упал.

Стало тихо, только где-то вдали слышались выстрелы. Кто-то скрёб ногой по полу.

— Идём, — шепнул Велиар, держа пистолет двумя руками.

Кажется, прикончили всех троих. Мы переступили через трупы.

Больше никого. Даже зомби не слышно. Под потолком замерцала длинная лампа дневного света.

— Нужно найти вход в жилые модули, — сказал я.

Мы сделали несколько шагов, выходя в другой коридор, где было чуть светлее.

— Он ещё живой! — Велиар обернулся и толкнул меня в плечо. — Осторожно!

Бах!

Бах!

Солдат, державший пистолет, уронил оружие.

— Вот же п***р, — сказал Велиар, отошёл к стене и сполз по ней.

— Ну и ты ещё сдохни, — я сел рядом с ним. — А что, серьёзно задели?

— Вот не поверишь, — он зажимал живот. Между пальцев бежала тёмная венозная кровь. — Сука. Это, походу, печень.

Локи заскулил и облизал Велиару лицо. Тот отпихнул собаку.

— Не повезло, — сказал я. — Но спасибо, что помог.

— Не собирался, — Велиар поморщился. — В общем, всё хотел тебе сказать. За тот случай в лагере апостолов… Хотя хрен тебе, а не мои извинения.

Я достал бинт, хотя особо бы он не помог. А потом достал чекушку водки, которую взял для обеззараживания ран.

— Я их и не ждал, — я открыл пробку. Сразу пахнуло спиртом. — Но ты же тогда убил сына Полковника. За это я тебя хотел прикончить.

— Я много кого убил, — он вздохнул и поморщился. — Давай ты не будешь читать мне морали. Просто свали уже, дай мне сдохнуть спокойно.

— И не собирался, — я вложил бутылку в его пальцы.

Он сделал богатырский глоток и поморщился.

— Вали, — сказал Саныч. — Сам же понимаешь, что сейчас главное, когда вокруг этот п***ц.

— Вытащить своих, — я кивнул. — И увезти.

— Вали, короче, в этот отель со своей бабой, если она жива. И за рыжим присмотри, нормальный парень. Не такой нудный, как ты. Слушай, — он скривился в улыбке. — А раз я так благородно помираю, спасая товарища, то это делает меня хорошим человеком?

— Не-а, — честно ответил я. — Ты тот ещё злобный мудак. Но у нас тут у всех руки в крови по локоть. Да и генерал Громов похуже тебя будет. А главное да — я вытащу своих. За них я и бьюсь.

— А теперь давай, отыщи их, — он сделал ещё глоток и отбросил чекушку. — Я пришёл, куда нужно.

Я поднялся. И через несколько шагов услышал щелчок взводимого курка.

— Доверчивый ты, Кречет, — услышал я слабый голос. — Очень доверчивый.

Бах!

Я повернулся. Велиар выстрелил в солдата, который доставал пистолет.

— Вали уже, — сказал он. — Ищи их. А у меня ещё одно дело.

Я побежал по коридору. Локи за мной. А за спиной я услышал ещё один выстрел.

Велиар

Я пальнул в ещё одного солдата. Хреново Кречет стреляет, добивать и добивать за ним надо. Добрый он слишком, только раненых оставляет.

Я поднялся, держась за раненый бок. Не, моя печень ещё цела, и она мне послужит. Просто больно.

Ну на хрен этот отель! У меня теперь есть бункер, где есть жители, оружие, крепкие двери (кроме той, которую надо починить), электричество, вакцина, жрачка, и больше нет командира.