Вдруг резко запахло клубникой. Джон огляделся, откуда появился этот проклятый запах? Неужели мозг подает сигнал грозящей беды? Снова срабатывает его знаменитая интуиция?

Восемь лет назад они брали одного маньяка, который убил торговца овощами и фруктами. В разгромленной лавке, рядом с хозяином, лежавшим, поджав ноги с простреленной головой, смешавшись с его кровью, валялась раздавленная клубника. Она была всюду — на полу, на полках, на крохотном прилавке, на подоконнике. Тогда же этот ублюдок ранил Джона в плечо, выстрелил в первого, оказавшегося в помещении полицейского. Он смотрел безумными глазами прямо перед собой, держа в правой руке «кольт» 38 калибра. Левой, перепачканной кровью, убийца засовывал в рот горстями крупную клубнику. Потом выяснилось, что у него просто не было денег, чтобы расплатиться за ягоды… Парень накануне, сошел с ума, а до этого, говорят, был неплохим человеком. Психа, отправили в больницу, но Джон хорошо помнит его — безумные глаза и крупные ягоды в окровавленной ладони.

С тех пор в минуту опасности Маклейна начинал преследовать этот запах — раздавленной клубники и крови Господи, опять…

— Вы не хотите что-нибудь выпить? Девушка-служащая смотрела на него с улыбкой. Ей явно понравился этот парень.

— Простите, дела…

Он тоже улыбнулся, изо всех сил стараясь скрыть тревогу.

Спокойно… Еще ничего не известно… Что же молчит

Пол?

Пауэлс вертел перед собой лист с данными на Нила Кокренса, которые он только что получил, и ничего не мог понять.

Откуда Джон достал отпечатки этой пятерни? Судя по факсу, пальчики были свежими… И снял их Маклейн. О, черт! Ладно, пускай сам разбирается, что да как.

Джон схватил трубку сразу, словно по этому телефону могли позвонить только ему.

— Да, я слушаю.

— Это ты, Джон?

— Конечно. Ну как, ты узнал что-нибудь?

— Сейчас для тебя поступит информация, — Пол сунул лист в факс, продолжая говорить по телефону. — Он мертв.

— Компьютер это так быстро зафиксировал? — Маклейн хмыкнул.

— Нет, ты не понимаешь меня. Согласно данным Министерства Обороны, он мертв уже два года.

— Чтоооо?

— Да. Сержант Кокренс. Американский советник в Гондурасе. Погиб в 1988 году в вертолетной катастрофе.

Девушка протянула Маклейну факс. Точно. На него оттуда смотрел тот самый парень, который погиб полчаса назад. Под фотографией темнели десять отпечатков пальчиков сержанта. Так, начинается! Это уже не клубника, Джонни-бой. Это — самое настоящее дерьмо!

— Знаешь, Пол, у меня такое ощущение будто я вляпался во что-то очень дурно воняющее и оно отольется мне о-огромными неприятностями.

— У меня тоже, — подтвердил Пауэлс.

— Ладно. Все равно большое спасибо, дружище…

— Да ради бога. В любое время. Пока.

— Пока, — Джон опустил трубку на рычаг и свернул лист.

И этот придурок Лорензо еще будет говорить ему о багажных ворах!

— Ну так что? Вы, кажется, закончили со своим делом? — девушка мило улыбнулась, обнажив ряд великолепных зубов. — Может выпьем немного?

— Нет, спасибо.

Джон приподнял руку и пошевелил пальцами, демонстрируя обручальное кольцо, как бы извиняясь за отказ…

Она все поняла. И улыбнулась еще шире, слегка позавидовав его жене.

Немного найдется интересных мужчин, которые бы так хранили верность! И не в постель же его приглашали, а просто провести время!

— Спасибо за факс, — бросил Маклейн на ходу и заспешил прочь, продираясь сквозь толпу.