— Четырнадцать. — Заявил ариец. Тут он не совсем уверен был, как действовать. Но перед глазами всё время, сменяя друг друга, появлялись образа ленивого древесного кота Арии, развалившегося на коленях у рабыни и толстого купца из Свободных Тара. Торговцы торг любят.

— Двенадцать. — Упрямо ответил рыцарь, купеческой внешности. — Ни медяка больше.

— Ладно. — Кивнул ариец, решив, что торговался достаточно долго, что бы сойти за Катхенца.

— И даже серебряка не подки…, а? — Удивлённо моргнул рыцарь, видимо, готовившийся к более длительному торгу. Моргнул ещё раз, волосы пригладил толстенькой ладошкой и улыбнулся. — Ну вот и хорошо. Второе предложение, снимается.

— Что за предложение? — На всякий случай поинтересовался ариец.

— Так это, — рыцарь показал рукой куда-то в стену, — сбиваем цепи, мечи тебе отдаём, и ступай, куда там шёл. А ежели передумаешь, то в другой раз смердов у стен не избивай. Они вон, у лекаря оба, потрепал ты их знатно…, ну, раз согласился, то и не надо таких предложений. Пойдём, введу тебя в курс, так сказать. Ты это, есть хочешь?

Вместо ответа, Домен руками потряс. Цепи зазвенели.

— О, точно. Шебиш! Шебиш копыто дохлого осла! Сюда живо! С инструментами бегоооом!…

Арийца, как нового наставника мечников Батэла, поселили в дом Пешена — бедняга до сих пор находился у лекаря. Однако его вещи из домика кто-то уже вынес.

Дом арийцу понравился. Простой, стены прочные, дверь тяжёлая, широкое окно, никаких переборок нет. Масляная лампа, солидный запас масла к ней, в общем, всё, что нужно для отдыха и сна. Даже пол обструган идеально и, спать на нём, одно удовольствие. А кровать он вынес на улицу и поставил под навес. Убрал соломенный матрас, получилась удобная лавка, что бы посидеть вечерком, отдыхая от упражнений с тарской…, то есть местной молодёжью. Ему понравилось жить там. В обще, год с лишним, проведённый в Батэле, оставил у Домена только самые тёплые воспоминания. Если Радон, Ронар, Алун, в будущем видели себя исключительно Предводителями, а то может и королями Тара, то Домен никогда не задумывался об этом. Он видел себя на месте стариков, прославленных воинов, учивших Тарскую молодёжь силе, выносливости и искусству боя. Не только из-за возраста, Домен просил короля об этой миссии. Если не кривить душой, то придётся признать, что ему понравилось это задание, как раз из-за его основных задач — воспитание группы молодых крестьян, в духе Тара. И ведь не просто так требовалось воспитать в них черты (если это в принципе возможно) присущие сынам Славного города. Нужно было сделать это так, что бы ни они сами, ни другие наставники Батэла не сообразили, что новый наставник, учит чему-то не тому. Сообразить они должны были, только тогда, когда Домен, в окружении юных воителей, покинет город…, или когда покинет его в полном одиночестве. Логан особо настаивал, что если не удастся вычленить из крестьянских отпрысков качества требуемые воину, если не будет у них этих качеств — Домен должен вернуться один. В каком-то смысле, это был эксперимент, какой Тар никогда не производил, тогда это просто не нужно было. У воинов всегда хватало детей. Рабыни и жёны приносили им десятки сыновей, которые имели право пройти Малый город и, собственно, обязаны были это сделать, вне зависимости от желания матерей и отцов. Впрочем, отцы и жёны арийцев, те жёны, что являлись дочерьми воинов, как раз предпочли бы собственноручно зарезать сына, вместо того, что бы уберечь его от горна Малого города, в коем сгорали многие юноши Тара.