– Ты разобралась в этих людях лучше меня, – сказал Элрик Оуне, когда дорога начала уходить вверх, к середине горного кряжа, и воздух стал холоднее, а небеса обрели ярко-серую окраску. – Ты знаешь, что нас может ожидать в Крепости Жемчужины?

Она с сожалением покачала головой.

– Это как если бы ты понимал шифр, не зная смысла слов, – сказала она ему. – Этой силы достаточно, чтобы победить такого героя, как Шамог Борм.

– Я знаю только легенду, да и то по тому немногому, что мне удалось услышать на рынке рабов в Кварцхасаате.

– Как только Священная Дева поняла, что подвергается новым нападениям, она призвала его. По крайней мере, я верю в это. Она не предполагала, что он ее подведет. Но его действия каким-то образом только еще больше усугубили ситуацию. У нее возникло такое чувство, будто он предал ее, и тогда его изгнали на край Безымянной земли, возможно для того, чтобы он встречал тех, кто пожелает прийти ей на выручку, и помогать им. Несомненно, именно поэтому мы и получили снаряжение героя, чтобы иметь возможность стать такими же героями, как он.

– Но все же мы знаем этот мир хуже него. Как сможем мы добиться успеха там, где его подстерегла неудача?

– Возможно, именно из-за нашего невежества, – сказала она. – А может быть, и нет. Не могу тебе сказать, Элрик. – Она скакала бок о бок с ним и чуть наклонилась в седле, Чтобы поцеловать его в щеку, не закрытую шлемом. – Ты только должен знать вот что. Я никогда не предам ни ее, ни тебя, если у меня будет другой выход. Но если я буду вынуждена предать кого-то одного из вас, то это будешь ты.

Элрик недоуменно посмотрел на нее.

– Неужели может возникнуть такая ситуация?

Она пожала плечами, потом вздохнула.

– Не знаю, Элрик. Смотри. Кажется, мы добрались до Крепости Жемчужины.

Это было нечто похожее на дворец, вырезанный из самой изящной слоновой кости. Белый на фоне серебристого неба, он возвышался над снегами гор множеством стройных шпилей, башен, куполов и каких-то таинственных сооружений, имевших такой вид, будто строительство неожиданно прервали на половине. Здесь были мостики и лестницы, искривленные стены и галереи, балконы, сады на крышах, игравшие пастельными оттенками бесчисленной массы растений самого разного рода – цветов, кустарников, деревьев. За время своих путешествий Элрик только раз видел дворец, который не уступал по красоте Крепости Жемчужины, и дворец этот стоял в его собственном городе – Имррире. И все же Грезящий город был экзотичной, богатой земной постройкой – романтическая фантазия рядом с изощренной строгостью этого дворца.

Они подъехали еще поближе по мраморной дороге, и Тогда Элрик понял, что Крепость не чисто белая, что в ней есть оттенки голубого, серебристого, серого и розового цветов, Иногда с примесью желтизны или зелени, и у него вдруг возникло впечатление, что все это сооружение было вырезано из одной гагантскойжемчужины. Вскоре они добрались до единственных ворот Крепости – громадного кругового отверстия, защищенного остроконечными пиками, которые были вделаны в боковины, сверху и снизу, и соединялись в центре. Крепость была огромна, но даже самые ее ворота демонстрировали Элрику и Оуне, насколько они ничтожны по сравнению с ней.

Элрик не смог придумать ничего лучшего, как крикнуть:

– Откройтесь, именем Священной Девы! Мы пришли сразиться с теми, кто удерживает здесь ее дух!

Его слова эхом отдались в башнях Крепости, пронеслись меж неровных зубцов гор за нею и словно бы растворились под сводами пещеры. В тени под воротами он увидел, как мелькнуло и исчезло что-то алое. Он почувствовал аромат великолепных духов, к которому примешивался все тот же странный запах океана, что он ощутил, когда они только оказались в Безымянной земле.