- Ладно, не скромничай. Мне да о твоих заслугах не знать? Кстати, а кто это такое название операции придумал - «Крест»?

- Я и придумал.

- В честь чего это? - Поджал генерал-лейтенант нижнюю губу, мысленно прикидывая, какая может быть связь между похищенными пятнадцать лет назад из банка «Планета» инкассаторскими мешками и словом «крест». Ничего путного в голову не приходило.

- Это в честь того, товарищ генерал, что я, когда операцию завершу, собственноручно на могиле Андрея Аркадьевича Таганцева огромный деревянный крест поставлю. Надоел он мне хуже горькой редьки.

- Вечно ты изощряешься, - разочаровался начальник управления. - Назвал бы как-нибудь… «Банкир», что ли, в память о погибшем Илье Зятьеве.

- Илью Васильевича, конечно, жаль. - Согласился Коновалов. - Он нам верно служил. Но уж назвал как назвал.

- Да, ты вот что. - Генерал заговорил почти командным тоном. - Не расслабься, смотри, на последнем рывке. - Ельцинские свистопляски враскорячку прошли. Теперь президент на все пуговицы застегнут. Если что не так, он нас с тобой по самые уши застегнет. Ты меня понял, полковник?

- Так точно, понял, товарищ генерал-лейтенант.

- Какие меры предпринять готов?

- Спецназ на взлете. Две хорошо подготовленные штурмовые группы. По сигналу нашего агента десантируемся в район проведения операции и захватываем груз.

- У меня к тебе просьба, Виктор Данилович, - вкрадчиво заговорил генерал. - Ты там, во время штурма, особо не церемонься.

- В каком смысле, товарищ генерал?

- Ну, с этими, кто возле груза окажется, не либеральничай. - Начальник управления почему-то отвернулся к окну и закурил.

Нет, курил он всегда, сколько подчиненные его знали. Но обычно, обращаясь к кому-либо из них, не отворачивался. Теперь же явно прятал глаза. К чему бы это? Ясно, что не к дождю.

- Действия штурмовых подразделений при захвате груза и задержании преступников регламентированы…

- Вот-вот! - генерал, произнося слова и одновременно затягиваясь, невольно закашлялся. Достал из кармана форменного кителя носовой платок, вытер заслезившиеся глаза. - Не надо! Не надо никого задерживать.

- А как?! - недоуменно спросил Коновалов. - Отпустить, что ли?!

- Отпустить, - с какой-то странной интонацией в голосе произнес начальник. - Только отпустить - в землю. Навсегда. - Повернувшись к полковнику, он пристально посмотрел на него. - Я ясно выражаю свои мысли, Виктор Данилович?

- Ясно, товарищ генерал.

- Что-то я не слышу решимости в твоем голосе.

- Среди бандитов - наш человек. При лобовом штурме он может погибнуть.

- Полковник! - выкрикнул начальник управления. - Он должен погибнуть при этом самом лобовом штурме, черт бы тебя побрал! Я все сказал. - Произнес, как отрезал. - Действуй.

- Есть, товарищ генерал, - четко ответил Коновалов и, развернувшись кругом, шагнул к двери.

- Виктор Данилович! - окликнул его хозяин кабинета. - Как, ты говоришь, операция называется? «Крест»?

- «Крест», товарищ генерал, - ответил хмуро.

- Смотри, чтобы не пришлось на твоей блестящей карьере этот самый крест ставить. Свободен.

Таганцев, начав слежку за Зятьевым, решил заранее обеспечить себе пути отхода и дальнейшего базирования. К тому же из Карелии рукой было подать до финской границы. Имея на руках кучу… да что там кучу, мешки денег, через Финляндию легче было уйти из России. Дальше - в Швецию или Норвегию. Таков был план. И этот план был весьма близок к осуществлению.

Женя Усольцев жарил мясо прямо в камине, насадив большие куски свиной шейки на прокопченную кочергу.