|
Этим умозрительным, как и прежние, доводом почему-то игнорировался тот факт, что палубная броня была непременной принадлежностью и крейсера с бортовой броней, а следовательно, и на него должна была оказывать свое вознаграждающее действие. Действие это зависело также от положения палубы относительно нейтральной оси эквивалентного бруса, при совпадении с ним палуба из участия в общем изгибе исключалась, и довод МТК терял смысл.
Другим приводившимся резоном была чрезмерная валкость, которая при зауженности и недостаточной остойчивости грозила кораблю с бортовой броней. В силу всех этих соображений МТК предостерегал “высшее морское начальство”, что если оно все же согласится с проектом Балтийского завода, то вес корпуса “со всеми принадлежностями” (без палубной брони) “для достижения надлежащей крепости” придется увеличить до 42 % водоизмещения (вместо 34 % по проекту Н.Е. Родионова), да и само водоизмещение должно будет вырасти до 10000 т. Без каких-либо требований о дальнейшей доработке приказанием генерал-адмирала великого князя Алексея Александровича (брат императора Александра III) проект Н.Е. Родионова был отклонен, а разработка нового была поручена МТК.
Проект МТК
17 января 1889 г. на обсуждение нового проекта (в отличие от предшествовавших заседаний, где все решалось в кругу членов МТК) были приглашены представители плавающего состава флота: капитан 2 ранга А. М. Доможиров – старший офицер крейсера “Адмирал Нахимов”, капитаны 1 ранга Н.Н. Ломен – командир крейсера “Генерал-Адмирал”, В.П. Верховский-командир броненосца “Петр Великий”, контр-адмирал В.Г. Басаргин – участник плаваний и исследований на Дальнем Востоке и вице- адмирал Н.В. Копытов, командовавший в “Американской экспедиции” фрегатом “Пересвет”, а в 1882- 1884 гг.- эскадрой в Тихом океане. В итоге обсуждений по новому проекту (журнал МТК № 96 от 25 мая 1889 г.) крейсер имел уменьшенную до 118,9м длину, увеличенное до 10000 т водоизмещение (от варианта 9000 т отказались) и сокращенный более чем на 200 т запас топлива. Сохранялось минимальное парусное вооружение – на тот случай, чтобы “держаться на море, не расходуя пара”. То же принималось и бронирование (“бортовое, а не палубное или черепашье” – единственное верное средство, в большей или меньшей степени обеспечивающее боевую остойчивость корабля) протяженностью около 80 % длины корпуса. Толщина брони с 203 мм увеличивалась (по примеру “Адмирала Нахимова”) до 254 мм в средней части. Разработкой проекта руководил член МТК Н.Е. Кутейников. Одобренные императором Александром III десять чертежей крейсера водоизмещением 10000 т 1 июля 1889 г. были направлены в Главное управление кораблестроения и снабжений (ГУКиС) для оформления заказа на постройку, 20 июля была готова и спецификация. Составление рабочих проектов крейсера и его механической установки возлагалось на Балтийский завод. Но оказалось, что избранная им в качестве прототипа паровая машина, изготовленная английской фирмой “Нзпир и сыновья” для черноморского броненосца “Синоп”, не обеспечила на испытаниях спецификационной мощности, и размеры машины, проектируемой для нового крейсера, а из-за нее длину и высоту котельного отделения пришлось увеличить. Большое возвышение над ватерлинией значительной части машин (хотя бы и с броневым прикрытием) усугубляло вероятность их повреждения в бою, а рост нагрузки и соответственно водоизмещения делал сомнительным достижение расчетной 18-узловой скорости. Комплексное решение проблемы предложил Н.Е. Кутейников. Уменьшить габаритную высоту и улучшить защиту главных машин под броневой палубой можно было, рассредоточив их мощность (по примеру английских крейсеров “Блэйк” и “Бленхейм”): вместо двух больших машин применить четыре более компактные, работающие по две на гребной вал. |
