Кроул жестом приказал Горгию вернуться на место, и череп снова занял позицию над головой трупа.

— Если твои предположения верны, — сказал инквизитор Эрунию, — то это тело подготовили к простым осмотрам. Возможно, однако, они спешили. Будь любезен, хирургеон, сделай так, как просит череп.

Эруний сокрушенно покачал головой и отправился к стеллажу, на котором были сложены различные устройства загадочного предназначения: какие-то бронзовые машины с катушками, утыканные комплексами линз из зеленого стекла, от каждого из которых змеились сегментированные силовые кабели. Хирургеон вытащил ручной авгур из специальных держателей и активировал мощные силовые батареи устройства. По поверхности кристаллинового экрана пробежала рябь.

— Эта операция уничтожит все, что осталось от тела, — напряженно предупредил он.

— Я понял, Эруний. Прошу, продолжай.

Врач установил устройство на лицо трупа и активировал энергетическое поле. Застывшие черты осветились зеленым светом, внезапно став очень четкими. Тонкие струйки дыма поднялись от серой кожи. Вскоре вся комната наполнилась запахом паленой плоти. Эруний водил авгуром взад и вперед, периодически подправляя какие-то настройки. Там, где кабели устройства исчезали в переплетенной, как клубок змей, груде проводов, щелкали и жужжали кристаллические транзисторы, а между витками силовой обмотки периодически проскакивали разряды энергии.

Хирургеон увеличил мощность. Лицо мертвеца начало обугливаться, превращаясь в уголь от касания луча. Кожа постепенно слезала с костей. Когда Эруний закончил, на обожженном черепе осталось лишь несколько готовых рассыпаться в золу ошметков плоти. Медик отключил луч, и устройство медленно затихло.

Кроул терпеливо ждал. Горгию не удавалось скрыть своего возбуждения, и сервочереп начал исступленно подпрыгивать в воздухе.

— Давай, избавь черепушку от страданий, — сказал Кроул.

Эруний молчал еще некоторое время, старательно изучая экран авгура. Он раз за разом просматривал данные сканирования, искал, сравнивал, высматривал хоть что-то необычное. Мертвенный зеленый свет отражался в очках-половинках. Затем демонстративно неохотно поместил маркер на экран и зафиксировал изображение.

— Похоже, что все-таки кое-что было, — сказал он. — Старая идентификационная татуировка, соскобленная с поверхности, но все еще заметная на более глубоких слоях.

Кроул взял в руки авгур. На экране виднелось нечеткое изображение, едва различимое за изумрудно-зеленой рябью помех. Поначалу он ничего не увидел, но за долгие годы работы инквизитор запомнил все руны и маркеры, применявшиеся в подконтрольных ему секторах мира-города.

— Похоже, он действительно был писцом, — подытожил Кроул, завершив расшифровку. — Работником связной службы, если я правильно прочел. Степень «квинллс», прошел обучение и имел допуск к работе с орбитальными системами связи.

— Всего-то, — протянул Эруний, избегая встречаться взглядом с торжествующе мерцающей линзой Горгия. — Один из миллионов.

— Возможно, — Кроул кивнул, сохраняя изображение на встроенное в броню хранилище данных, — но еще здесь есть маркеры гильдии хартистов, если, конечно, мои глаза меня не обманывают.