– Старается мужик, потеет… Видал, все время морда мокрая, – засмеялся Аркадий.

– Это все от страха, – мрачно заметил Костя. – Не жизнь, а сплошной мандраж… – Вышел из машины, прошелся вдоль забора.

К дружку подошли Аркадий и Вован.

– Один пойдешь? – спросил Аркадий.

– Пойдем все вместе, – ответил Костя.

– А мы на кой примус там нужны?

– Для дисциплины. Чтоб банкир зрел ваши морды и вздрагивал.

– А про что будет базар? – поинтересовался Вован.

– Про жизнь.

Во дворе дома залаяла, забеспокоилась басовитая собака.

Костя подошел к воротам, нажал на кнопку звонка.

Собака залаяла еще громче, и вскоре в тяжелой калитке возник охранник. Неприветливо и мрачно смотрел на гостей.

– Кто нужен?

– Выгорцев Юлий Борисович, – сказал Костя. – Дома?

– Спрошу.

Через калитку было видно, как охранник снял трубку местного телефона, что-то сказал. Затем он подошел снова к парням, спросил:

– Как представить?

– Финансовый директор «Час-Инвеста» с компанией.

Тот снова удалился, сообщил кому-то информацию, и тут с высокого крыльца дома стал спускаться сам хозяин особняка – Юлий Борисович.

Он не мог скрыть абсолютного удивления, подошел к визитерам, протянул Косте мягкую вспотевшую руку:

– Чем обязан, Константин Иванович?

– Вот, – смущенно и в какой-то степени виновато улыбнулся тот, – ехали мимо, решили притормозить. Глянуть, как живете-можете.

– Слава богу, живем. – Банкир явно не торопился с приглашением в дом.

– А взглянуть хотя бы краем глаза позволите? – вступил в разговор Вован.

– Да вроде как бы и не музей вовсе, – пожал хозяин плечами и неуверенно кивнул: – Проходите, если приехали.

Они вошли во двор, проследовали до крыльца, поднялись наверх.

Посмотрели гостиную, кухню, кабинет. Все было богато, дорого, даже с излишеством. Слишком бросались в глаза позолота, зеркала, антиквариат.

Поднялись на второй этаж. Костя попросил:

– А водички не позволите?

– Кать! – крикнул кому-то банкир. – Принеси пару бутылок воды.

К ним вошла молоденькая, весьма славная девчушка, и Выгорцев нехотя представил:

– Внучка. Катя.

Та стрельнула глазками, крутнулась и исчезла.

– А присесть?

– Так ведь не все еще посмотрели, – попробовал было возразить Юлий Борисович.

– А мы не торопимся, – бодро сообщил Аркадий и уселся в кресло. – Присаживайтесь, Юлий Борисович.

Выгорцев тоже сел, тихо произнес:

– Мне начинает казаться, вы не просто ехали мимо.

– Просто да не просто, – согласился Костя. – Есть один маленький вопрос, Юлий Борисович.

Тот почему-то побледнел, еще больше вспотел.

– Слушаю, Константин Иванович.

– Вам ни о чем не говорит фамилия Сурков?

Банкир побелел еще больше, от неожиданности голос его стал сиплым.