Корнеев шагнул в разбитый и развороченный дверной проем и включил фонарь. Бетонный пол был буквально усеян битым кирпичом, всяким строительным мусором, обломками каких-то досок. Хорошо были видны два темных пятна, которые могли быть только пятнами крови.
– Морячок лежал вон там у стены, – стал показывать Корнеев. – Пуля попала ему в грудь чуть правее сердца. Видимо, он был еще жив какое-то время, оставаясь в бессознательном состоянии.
– Почему ты так решил? – задумчиво осматривая помещение, спросил Храпов.
– Непосредственно после выстрела он лежал на спине. Это было видно по направлению течения крови из раны, а потом пошевелился и чуть повернулся на правый бок, и след вытекающей крови изменил направление. В таком положении он и умер.
– И что нам это дает?
– Это нам дает, Дмитрий Владимирович, картину поединка. Один был тут, второй вошел, почти одновременно выстрелили, оба упали. И пульс проверить, и добить было некому. Кому-то надо было эту картинку нам показать и выдать ее за действительную.
– Или стрелявший очень спешил и не проверил пульс у жертвы, – добавил Храпов. – А оперативник?
– Оперативника пуля не пощадила. Точно в сердце. Он упал немного боком вот здесь у входа.
– И тебя, Виктор, снова что-то смущает?
– Я повидал на своем веку достаточно трупов. И здесь, и во время командировок на Кавказ. Рука у Козлова была расслаблена. Понимаете, когда смерть настигает человека, то у него мышцы кисти либо сокращаются до предела и потом из руки ничего почти невозможно вытащить, не выламывая пальцы, или расслабляются, делаются как тряпки, и тогда из руки все вываливается. У Козлова пистолет должен был выпасть из руки, когда он еще стоял.
– Вложили в руку потом? – догадался Храпов, к чему клонит сыщик. – Тогда скажи мне, ясновидящий, а зачем и кому нужно было разыгрывать этот спектакль?
– Вот этого я не знаю, – вздохнул Корнеев, осторожно обходя места, где лежали трупы. – Обычно людей убивают по веским и специфическим причинам скрыть что-либо, если это не маньяк и не мститель. Здесь мы имеем место с тем фактом, что двоих человек «убрали». То, что обоих в одном месте… значит, они замешаны в одном деле, а нам хотят как раз сказать об обратном. О мертвых плохо не говорят, но, думаю, этот Козлов был связан каким-то образом с криминалом. Я негласно навел справки о нем.
– А второй?
– Второй был аферистом, причем в свое время довольно известным. Потом «лег на дно», готовился к чему-то и почти на год выпал из поля зрения уголовного розыска. Мы не поверили, что он завязал, хотя он упорно избегал контактов с ворами. В преступном мире у него была кличка Сеня Морячок, на правом плече он имел наколку с корабликом, лентами бескозырки и девушкой, машущей платочком вслед кораблю. Говорили, что романтика юности. А, вообще-то, на счету Сени с десяток ювелирных магазинов и торговых точек, где торгуют побрякушками. Две судимости, и ни разу не доказали, что он организатор, оба раза шел «паровозом».
Следователь покивал головой и вышел из подсобки под высоченные гулкие потолки склада. |