Гулко бьющееся сердце Титиния едва не выпрыгнуло у него из груди, когда он узнал одного из скачущих. Он шумно выдохнул, только в тот момент осознав, как сильно ужас сжимал ему грудь.

– Слава богам, Матий! – воскликнул он, когда всадники приблизились. – Я думал, что это конница Марка Антония.

– Я подумал то же самое, увидев, что ты поджидаешь нас, – ответил его друг. – Как приятно, что ты жив, старина! Конечно же, мне следовало догадаться, что ты найдешь безопасное местечко.

Мужчины спешились и обменялись легионерским рукопожатием.

– Я приехал от Кассия, – объяснил Титиний. – Ему нужны новости. Что здесь происходит?

– Все вверх дном, вот что происходит. Насколько я слышал, мы взяли их лагерь, но они отступили в относительном порядке, и завтра сражение возобновится.

– А что известно насчет атаки на город? – спросил Титиний. Всадники не выглядели побывавшими в бою, и у него зародилась надежда. Но лицо друга предупредило легата, что новости будут нерадостными, еще до того, как тот заговорил.

– Мы не смогли их сдержать, – сказал Матий. – Они закрепились на гребне со стороны болота и в той части города. Выбить их оттуда будет непросто, но у нас есть свежие легионы, отправленные на дорогу к морю. Завтра они вернутся, и я уверен, что мы погоним их отсюда.

Титиний хлопнул Матия по плечу. Его настроение определенно улучшилось.

– Я возвращаюсь с этими новостями к старику, – решил он. – В этой части города относительно спокойно. До вас я никого не встретил. – Страх, который Титиний испытывал ранее, прошиб его потом, и он, вытерев лицо, признал. – Увидев вас, я действительно подумал, что все для меня кончено.

– Вижу, – ответил Марий с улыбкой. – Полагаю, этим вечером с тебя выпивка.

Заходящее солнце окрашивало дома в золотые и оранжевые тона. Слуга Пиндар рассказывал обо всем, что видел после того, как всадники направились к Титинию.

– Он их дожидается. Боги, он… спешился. Они окружили его. Я сожалею…

Кассий на мгновение закрыл глаза, позволяя напряжению покинуть его.

– Пойдем со мной, Пиндар, – велел он. – У меня будет для тебя последнее задание, а потом ты сможешь найти себе безопасное место. Больше я не могу тебя здесь держать.

– Я останусь. Не хочу уходить, – отказался тот.

Кассий застыл у лестницы, тронутый такой преданностью. Потом покачал головой:

– Спасибо, но в этом нет необходимости. Пошли.

Они вместе спустились по лестнице, и царящий вокруг сумрак в полной мере соответствовал настроению Кассия. Он всегда любил серый свет, предшествующий темноте, особенно летом, когда этот период растягивался надолго, и ночь никак не желала приходить.

В большой комнате полководец направился к столу, на котором лежал гладий. Его ножны из жесткой кожи, расшитой золотом, выглядели произведением искусства. Он вытащил меч, положил ножны на стол и большим пальцем проверил остроту режущей кромки.

Пиндар смотрел на своего господина с возрастающим страхом. Кассий повернулся к нему. Увидев боль в глазах молодого слуги, он невесело улыбнулся.

– Если они схватят меня, то устроят из моей смерти цирк, Пиндар. Ты это понимаешь? Я не хочу, чтобы ради их удовольствия меня четвертовали или разорвали, привязав к лошадям. Не волнуйся, я не боюсь того, что за этим последует. Просто сделай все быстро.

Он протянул меч Пиндару, рукояткой вперед.